Непогода отступила, и жизнь провинциального города продолжилась, а вместе с ней и повседневная будничная суета. Родной город шумел, как и прежде. Машины сновали туда-сюда, примерные домохозяйки спешили попасть в магазины, заботливые мамаши возвращали свою малышню из детских садов домой. Радостная детвора резвилась во дворах, лепя снеговиков и строя снежные горки, а уставшие работники стремились побыстрее попасть в свои уютные квартиры и дома.

После разговоров о футболе в машине воцарилась тишина. Никто из нас не стремился заводить светские беседы — ни о погоде, ни о работе, ни даже о девушках. К концу рабочего дня мы были уставшими, и лишняя болтовня только утомляла.

Каждый думал о своём. Кому захочется мёрзнуть и работать сверхурочно, когда за эти часы никто не даст отгул? Уж точно не мне. Единственное, что немного утешало — такие переработки случались нечасто. По крайней мере, когда я организовывал мероприятия или рейды, всегда старался уложиться в рабочее время.

Я покосился на водителя. На удивление, обычно словоохотливый Вадим с самого утра был мрачен и неразговорчив. Скорее всего, опять повздорил со своей взбалмошной супругой. В последнее время они часто ссорились. Ещё в мае он мне признался: «Всё идёт к очередному разводу». Где тут взять хорошее настроение?

Кстати, это уже его третий официальный брак! Возможно, не последний… Не понимаю таких людей. По-моему, лучше жить в гражданском браке и не усложнять жизнь официальным штампом в паспорте. Зачем эти бесконечные разводы, делёж имущества, алименты? Проще всё решить по-человечески, без бюрократической волокиты. Хотя каждому своё…

По салону негромко разносился приятный голос Миши Шуфутинского с его известным хитом «Третье сентября». Отец всегда обожал эту песню, и сейчас, слушая её, я невольно вспоминал наши совместные вечера. Качал головой в такт музыке и мысленно подпевал:

Я календарь переверну — и снова третье сентября.

На фото я твоё взгляну — и снова третье сентября.

Но почему, но почему расстаться всё же нам пришлось?

Ведь было всё у нас всерьёз второго сентября…

Так и ехали молча, каждый в своих думках, слушая задушевный шансон и равнодушно разглядывая до боли знакомые улицы, близлежащие дома, яркие витрины магазинов и снующих куда-то прохожих.

— Слышь, Вадя, забыл тебя предупредить, — обратился я к водителю, когда служебная «копейка» остановилась на светофоре, — поезжай не к центральному входу вещевого рынка. А выруливай к Ленинградскому шоссе. Нам не сам рынок нужен, а капитальные гаражи за ним.

— Понятно. А я думал, что вы на рынке будете китайцев шугать, — усмехнулся Вадим, иронично приподняв бровь.