— Из металлолома почти собрал, Лев Захарович. Зато одну полезную вещь в нём обнаружили и теперь сами научились такие делать. Это компрессор или нагнетатель топлива. На всех наших танках, бронеавтомобилях и просто автомобилях теперь стоят. Двигателя почти в два раза теперь больше лошадей выдают. Ну, да завтра всё сами увидите. Залезайте, домчу с ветерком. Погода, как специально подгадала и тепло и солнышко светит.
Глава 17
Событие сорок второе
Кушайте, гости дорогие, кушайте! Семга, сервелат, буженина... А вот икра... для тех, у кого совсем нет совести!
Как там? Вот вам пирог, а вот вам и творог. Тьфу. Вот вам пирог, а вот вам и порог.
Нет, вот привязалось. Вот вам Бог, а вот вам и порог. Нескладушка. Про пироги не зря вспоминалось. Малгожата с Валькой у бабки староверовской своей печь пироги с рыбой научились. Брехт даже стихотворения вспомнил из детства. Было в отрывном численнике написано, на одной из страничек:
Только я шагну на порог,
Тёплый воздух кинется встречь.
Ароматом рыбный пирог
Отнимает связную речь.
Пирогами потчевали зашедших отметить свой отъезд Мехлиса и Павлова. Наконец, эта комиссия убирается. Достали. Понятно, что сам пригласил. Но надо же меру знать. В гости ведь пригласил. Тут ключевое слово — «пригласил». Потому поговорка незваный гость хуже татарина не подходит. Но гости хоть и званные оказались теми ещё татарами. Они выгребли всё, до чего руки дотянулись, у Брехта.
— Товарищи, мать вашу, командиры! Вот же есть чертежи. Какого хрена?
— Ты, комбриг, не вопи своей вопилкой, — погрозил ему пальцем Мехлис. — Чертёж это хорошо, но конструкторы и командиры, должны всё увидеть своими глазами и за рычаги подёргать и бабахнуть. Не боись, Иван Яковлевич, мы тебе взамен другие машины пришлём. У тебя тут, сам хвастал, всё налажено, так что переделаешь ещё раз.
— А время. Скоро же японцы нападут. — Не сдавался Брехт.
— Значит, поторопись.
— Ну, хорошо, Лев Захарович, только тогда и вы поторопитесь. Как в Москву приедете, сразу дайте команду мне отправить и танки взамен и броневики и автомобили.
— Чего, тянуть, пошли в штаб позвоним. Заодно ещё раз полюбуюсь на твою коллекцию орденов. Красиво. Слушай, Иван Яковлевич, а ты можешь и мне такую собрать. Так же в рамочках повешу у себя в кабинете. — Мехлис, которого все грозным кровавым палачом описывают в литературе и в художественной, и в документальный, наверное, таким и являлся, но с Брехтом вёл себя по-человечески, даже, можно сказать, по-отечески.
И это ни разу не помешало ему встать на сторону Катукова и Павлова и реквизировать у 9-й мотоброневой бригады порядка тридцати всяких разных машин и танков всех систем, и броневиков, и грузовиков, в том числе и некоторые, ну, очень трудновосполнимые. Забрал спарку зенитную из «Эрликонов» на базе танка Т-26. Забрал зенитную установку из двух спарок «Браунинигов» (Browning 12,7mm M2) на базе ГАЗ-ММ с ещё и форсированным двигателем и обшитыми пятислойной бронёй бортами. О чём Иван Яковлевич сразу сказал.