И всё же жертвы танкистов помогли пехоте. 64-й полк двинулся в очередную атаку вскоре после полудня, преодолел проволочные заграждения, разорванные и стянутые танками. В ближнем бою 64-й отбросил батальон советского 149-го стрелкового полка, и к четырём часам занял высоту 731. Здесь пехотинцы начали закрепляться, а через несколько часов полковник Ямагата приказал перейти к обороне.
Глава 24
Событие шестьдесят второе
Не придумали ещё японцы ничего такого, чего-бы русские не сломали....
Уже стемнело, когда полностью зачистили восточный берег. Придумка со свето-шумовыми бомбами сработала на сто процентов. Ки-21 сбросил их на позиции артиллерийского дивизиона, при этом японцы стояли и махали своему самолёту. И тут из него бомбы посыпались. Грохот, вспышки магниевой начинки и чернота в горящих огнём глазах у артиллеристов. Они попадали на землю, и обстреливать их штурмовиками и истребителями не понадобилась. Так и пролежали, пока не подошли десантники, и хоть японцев было в четыре раза больше, трудностей у взвода Снегирёва не возникло. Повязали всех и притащили к мосту. Потом вместе со вторым взводом, что доставили снова летающие лодки и первыми разведчиками, что перешли по понтонному мосту, прошлись по технике, выковыривая из-под неё прятавшихся там сынов Ямато. Сопротивление оказали только в одном месте, в прибрежном камыше засели офицеры 23-го сапёрного полка во главе со своим командиром подполковником Сайто Исаму. Они отогнали туда бронетранспортёр Тип 91 или Со-Мо, наполовину утопили его в иле и сидели за ним, прикрываясь железом от проклятых гайдзинов. Даже пытались постреливать из Арисак и одного из пулемётов Со-Мо.
Наивные албанские юноши. Никто на пулемёты гнать красноармейцев и не собирался. Бронеавтомобиль нужен целым, чтобы понять, что это за новая техника, и что полезного из неё можно почерпнуть? Да нате. Подогнали к самому берегу — западному берегу Халхин-Гола установку "Катюшу" собранную из ружей Курчевского и забросали их свето-шумовыми ракетами «Заря — 3». А чего, если это работает, то зачем множить сущности. Правда, перестарались. Кто же знал. Тростник оказался уже в июле сухим и вспыхнул. От души так вспыхнул. До броневика почти затрофеиного уже, слава богу, пожар не дошёл. Эти сапёры, с позволения сказать, им там елозили и тростник в грязь вмяли. Железо выдержало пламя в десяти метрах. Гораздо хуже с сапёрами. Часть догадалась, что кранты, отвоевались и бросились с поднятыми руками навстречу русским подальше от стены пламени, а часть решила сыграть в игру — «сгораем, но не сдаёмся». Сгорели. Подполковник Сайто Исаму хоть и самурай предпочёл сдаться.