— Ну, про танки не знаю, а вот самолётов в пехотном батальоне уже три теперь. Один истребитель И-5. Потом — Летающая лодка (амфибия) Ш-2, и вот теперь ещё этот гроб — МП-1.

— Говорите, хочет научить весь батальон прыгать с парашюта. Это похвально, но как-то самодеятельностью попахивает, — пробурчал начальник штаба армии.

— Никак нет, товарищ комдив, весь батальон до последнего человека имеет значок парашютист, даже медицинской персонал и красноармейцы из колхозной роты. Брехт придумал к значку циферку цеплять за количество прыжков, вот сейчас у него все будут сдавать на цифру десять, для того и нужен свой самолёт, как он объясняет. Всё же батальон у него большой. Это по существу и не батальон даже, а целый сводный полк. Танкисты есть, лётчики, колхозники, мотопехота, разведчики, пулемётная рота есть. Взвод связи, свой медсанбат, да всего и не перечислишь. Даже две пушки есть.

— Интересно, надо будет обязательно осмотреть этот отдельный батальон. Где он располагается, — открыл записную книжку Мерецков.

— Вот, сразу видно, что вы недавно у нас Кирилл Афанасьевич, — усмехнулся заместитель по авиации, — Про Спасск-Дальний и расположенный рядом с ним отдельный батальон в ОКДВА всякий знает. Недалеко от Уссурийска есть небольшой городок Спасск-Дальний. Там километрах в двадцати расположено огромное озеро Ханка, по которому граница проходит с Маньчжоу-го, вот километрах в десяти от Спасска и выстроен военный городок отдельного батальона. Хотя назвать это городком язык не поворачивается. Был я там осенью, принимал как раз прыжки с парашюта у командиров батальона. Впечатлений на всю жизнь хватит.

— Большой городок? — не понял начальник штаба.

— Ну, очень не маленький, но не в этом дело. Вот представьте себе воинскую часть и в ней казармы, дома командиров и штаб. Представили? Теперь всё это умножьте на десять. И не только по количеству зданий, но и по их качеству. Умножили. Так вот у вас даже бледной тени не получилось. Это видеть надо. Другой мир, словно в какое-то будущее, которое мы строим, попадаешь. Вот так коммунизм и должен выглядеть.

— Ну, прямо коммунизм?! — фыркнул Мерецков.

— Зря смеётесь, Кирилл Афанасьевич, съездите, не пожалеете. Так дома в этой части и не главное вовсе. Главное — это техника и вооружение. Как думаете, сколько в пулемётной роте пулемётов у них?

— Два пулемёта на отделение, два отделения на взвод, три взвода — получается двенадцать пулемётов, — подсчитал легко Мерецков.

— Берите больше…

— Вот как? Это для пулемётов Максим я подсчитал, стало быть, у них не Максимы, тогда умножаем на два. Выходит, у них двадцать четыре пулемёта. Много. Согласен. Посмотреть не помешает.