Точно ведь, сегодня утром Светлов и две роты: диверсантов и противотанкистов отбыва… Ну, часть уже отбыла, часть ещё отбудет на операцию «Империя наносит ответный удар». Как говорил генерал, которого Жжёнов Георгий Степанович, кажется, играл в «Горячем снеге»: «Танки, главное было выбить у них танки». Вот и тут нужно, во-первых, потренироваться ружьями Симонова выбивать у немцев танки, а во-вторых, задержать продвижение немцев к Бресту-над-Бугом. Его должна взять Красная Армия. Не надо нам совместных парадов с нацистами. Было ещё и в-третьих. А ну как, потеряв целую танковую дивизию, гитлеровцы, позже начнут воевать с Францией. А там и с СССР. Пока Брехту свернуть историю с рельс не получалось. Знаковые события происходят потом в том же месте и в то же время. Ну, может, соломинки всего и не хватает. Вот не будет у Гитлера танковой дивизии и Гудериана … Улетели летающие лодки. А с первой партией и переводчик, он же проводник, он же учитель математики, он же — Абрам Самуилович Ошеровский. За раз две роты не перевезти. Ничего, время есть.

Так про кукушку. Нужно было срочно искать переводчика. Уж больно интересный план родился. Пришлось вновь наведаться в Вишнёвку. На этот раз встретили почти хлебом солью. Так было за что, и пашню под озимые помогли вспахать колхозникам, и детей уже две почти недели кашами с мясом до икоты кормят, и в школе вместо скамеек поставили свежесколоченные парты, и дороги привели в человеческий вид. На время, понятно, снова ям понароют и колеи протопчут, но пока просто красота. И даже вишенка есть на торте, списанные шмотки отдали женщинам, пусть лоскутных одеял понашьют. Думали так, а на следующий день все мужчины в Вишнёвке уже в зелёных штанах хиповали.

— Нужен переводчик на польский с русского, — пожимая рука секретарю парторганизации высказал желание Брехт.

— Надолго? — Стал чесать макушку хромоногий, заросший сивым волосом абориген со смешным произношением.

— Нет, Тарас Игнатович, на пару часиков. — Вот ведь жмот.

— А мозит мальца?

— Пацана?

— Да.

Брехт задумался, разговор крайне секретный и с пацана можно взять «честное пионерское», не расскажет никому, а если и расскажет, то кто пацану поверит.

— Оптимальный вариант. Ведите.

Пацан тоже был в зелёных штанах. При этом сшиты они были из кусков. С выдумкой. Карлуша Лагерфельд от зависти сдохнет.

— Как звать тебя толмач? — протянул ему руку комдив.

— Болек.

— Замечательно. Пойдём, Болек, мне с тётечкой одной поговорить нужно. А она глупая, русского вообще не знает.

— Пойдём. Точно глупая.

Пошли.

Причём тут кукушка? А при том, что вспомнил Брехт поговорку, что ночная кукушка дневную всегда перекукует.