Впрочем, не все!
Где-то со стороны Сорбонну послышался вой сирен… Желтый луч прожектора, бьющий с Эйфелевой башни, перебивался цветными бликами — синими молниями полицейских мигалок, оранжевыми всполохами горящих машин…
Минут через пять друзья уже были дома, в квартире Патрика на рю де Медичи. Почти в самом сердце боев!
— Раздевайся… — войдя следом за хозяином, Серж обернулся к Аннет.
Девушка послушно разделась, ничуть не стесняясь… да в этой среде вообще стеснятся было как-то не принято. Все с себя сняла, и джинсы, и белье…
— Ой… — сердце Сергей сжалось от жалости — худую спину девушки пересекали фиолетовые рубцы — следы полицейской дубинки.
— Больно?
— Спрашиваешь…
— Патрик! Есть у тебя йод?
— Да несу уже… Вот… и вата…
— Ну, миленькая Аннет… потерпи!
Девушка дернулась, застонала…
— Уй… больно!
— Терпи! Надо все обработать…
— Серж! Ты что, доктор?
— Почти. Теперь ложись на живот… Полежи пока так, потом мы тебя укроем.
— У нас есть что поесть? — Аннет неожиданно улыбнулась — как видно, ей пришлась по нраву такая забота.
— Поесть? — озадаченно переспросил Сергей. — Ну, это к Патрику.
Нашлись рыбные консервы и старый багет — пришлось поджарить на оливковом масле. Ну и кофе — само собой.
— О! — вернувшись с кухни, радостно возвестил хозяин. — У нас еще початая бутылка бордо. Почти целая!
Присели и бокалы, тихонько включили «Дорз»…
— You’re lost little girl… — после вина и йода Аннет почти совсем оправилась и вполголоса подпевала пластинке. А потом еще и попросила закурить!
— Не, не, не «Голуаз», нет… Давайте покрепче — «Житан»! Ах, милый Серж, твои друзья, Жан-Пьер с Клодетт, наверное, тебя потеряли?
— Какие еще друзья? — Сергей поначалу не врубился, но тут же исправился. — Ах, да, да, Жан-Пьер и Клодетт… А я к ним не точно собирался… Ну, как это будет по-французски? Просто обещал, что, может бытью, зайду.
— Так оставайся у нас! — смуглая голенькая Аннет приподнялась на локте. Избитая, но не сломленная. Карие глаза задорно блеснули. — Что тебе в своей провинции делать? Оставайся хотя б на пару недель. Верно, Патрик?
— Конечно же, пусть остается! Ой, мы здесь такие дела замутим! Чувствую, что-то будет.
— Не «что-то», а революция! — ткнув сигарету в пепельницу, задорно перебила Аннет. — Винтовка рождает власть! Ни Бога, ни господина! Дайте вина… Чин-чин!
Все разом чокнулись, выпили… Хорошее вино! А бывает ли в Париже плохое?
— Э-эй! А мы есть-то будем? — избитой явно полегчало.
— Ой! — спохватился Патрик. — Сейчас принесу, ага.
Девушка потянулась:
— И Серж… поменяй, пожалуйста, пластинку. Ну, кончилась же!