В обсуждении деталей и будущих перспектив народ быстро занёс все летательные аппараты на свои места, а я попросил Кудрявцева дверь пока не закрывать.

— Почему? — удивился тот.

— Давно мы у дядьки Кондрата не были. Сейчас подходящее время суток, — сказал я, вытаскивая в лес «Семицветик». — Так что, пожалуй, слетаю и посмотрю что у него да как.

— Да не были-то всего один день — вчера. А так… Вы ж ежедневно там пролетаете. Нету у него для нас никой информации, — сказа Сергей. — Да и откуда ей взяться. По железной дороге немецкие поезда почти не ходят. Вот он и не может хорошие цели подкинуть. Так что потом слетаешь. Пошли, перекусим и обсудим, как у нас прошла эта операция, — предложил Сергей.

— Нет. Ты ж видишь, что я уже всё приготовил. Тут и дел то на четверть часа. Я быстро — туда и обратно. Гляну, нет ли условных знаков и назад. А вы идите, кушайте, я скоро подойду.

— Ну, если хочется тебе, то слетай конечно, — сказал тот и присел на стул. — Тогда я с тобой останусь. В монитор посмотрю.

Подошёл Лазутин, узнал, что мы пока не идем, и тоже решил остаться:

— Свежим воздухом подышу, — сказал он улыбнувшись.

Я надел очки и поднял дрон.

До будки стрелочника добрался быстро, и уже на подлёте отметил, что Сергей был прав — всё там нормально, тихо и спокойно, а подпольщик находился на своём рабочем месте — сидел на топчане и, прижавшись спиной к стене, кажется, пил чай, читая какую-то книгу. Условных сигналов не было.

— Значит, как я и сказал: нечего ему нам сообщить, — констатировал очевидное Кудрявцев.

— Вижу. А жаль, — вздохнул я и развернул дрон, чтобы лететь назад.

Но тут Сергей воскликнул:

— Подожди! — и, показав рукой на монитор, добавил: — Смотри, там люди идут.

— Где? — не понял я и крутанул камерой.

И через пару мгновений в фокус действительно попали две фигуры, которые направлялись к домику со стороны заброшенных складских построек. Один высокий, сутулый в поношенном коричневом плаще, и кирзовых сапогах. На голове кепка-восьмиклинка надвинута на самые глаза, отчего он постоянно вскидывал голову, словно бы принюхивался, а потом сплёвывал на землю. Второй — низкий, плотный, в ватнике поверх клетчатой рубахи. Шли они странно — постоянно смотрели по сторонам и оглядывались.

В голове непроизвольно вспыхнула мысль:

«Ёлки-палки, да вы к себе таким поведением привлечёте внимание даже тех патрульных, которые и не собирались на вас время тратить, да документы спрашивать».

А между тем, два странных человека достигли будки, подошли к двери и постучали.

Я снизил высоту дрона, подлетел к ближайшим деревьям, активировал направленный микрофон и выкрутил громкость на максимум. С такого расстояния ловилось плохо, но всё же разобрать речь я сумел.