— Мы с их семейством враги или просто в плохих отношениях?
— С чего такой вывод? — удивилась Энна.
— Отец. Он не сказал прямым текстом, но и гением не надо быть, чтобы понять это, — ответил я.
Мать вздохнула.
— У нас есть противоречия, которые мешают нам найти общий язык, Тэйлон. Вы удивительным образом нашли общий язык, но ваши отцы его найти не могут. Юнона хорошая девушка, дикая, добрая, способная, но…
— Дикая?
— Да, дикая, — кивнула мать невозмутимо.
— В смысле, дикая? — не понял я.
— Она вервольф, Тэйлон. А дикий, это говорят про тех вервольфов, в которых сильна их кровь. Они могут обращаться.
Меня слегка пробрало от того, с кем я чуть не провёл ночь. Я уже встречался с вервольфами, и большинство из них было по ту сторону ствола. Опасные, жестокие, не всегда они были тупыми животными. Немало было и разумных, однако для них люди были не более чем вкусным обедом. Так что моё отношение к любому вервольфу было вполне себе обоснованным. И одна мысль о том, что я провёл вечер с девушкой-вервольфом, понятным образом заставляла меня содрогнуться.
Инстинкты, которые вбили в меня, работали безотказно.
— Вижу, тебя это шокировало.
— Если честно… то да, это новость. — признался я нехотя. И как я мог упустить этот момент? — Получается, их род полностью вервольфы?
— Верно. И, кстати говоря, они являются дальними родственниками нас.
— Нас? У нас в семье вервольфы есть?
— Да, Тэйлон. Я вервольф, — невозмутимо ответила мать. — И я тоже дикая.
Я поднял взгляд на мать… и видимо, она то ли в доказательство, то ли в шутку решила продемонстрировать часть своей природы. Зубы выпирали частоколом из-под губ, а глаза буквально горели, как у Юноны.
Моя реакция была соответствующей — от неожиданности я шарахнулся назад, руки сами дёрнулись к поясу, пытаясь найти оружие. То был даже не испуг, это были рефлексы, которые спасали мне жизнь. Любую опасность надо истреблять.
Энну аж скривило от моей реакции. Я представляю, насколько ей неприятно это видеть, сын шарахается от матери. Но блять, над тобой стоит туша больше двух метров, которая может превратиться в волка, что будет ещё больше! И она показывает частокол зубов, которые с легкостью отгрызут мне руку. Это как скажут: чувак, эта бочка рядом с тобой радиоактивна. Любой шарахнется.
Какую реакцию от меня она ожидала на это?
Её острые зубы быстро спрятались под губы, а глаза вернули свой нормальный цвет. Лицо лишилось тех острых хищных черт. Теперь я понимал, почему, когда она сердится, её лицо слегка менялось — проявлялась животная природа.
— Получается… я тоже вервольф?