— Они могут ринуться на тропу, которую мы охраняем.
— Не ринутся, им нужна не она. В крайнем случае, они попадут на ту сторону, а там уже их встретит другая армия. Но это и не важно, важен принц. Нам всё простят, если мы сохраним его.
— И дальше что? — спросил один из офицеров.
— У нас преимущество в скорости. Конница будет гнать так далеко, как может, чтобы разорвать их армию на две части и оттянуть за собой большую часть их войск как можно дальше, после чего резко развернётся и помчится обратно. Ударит в спину по тем, что пытаются взять форт, разнесёт их при поддержке пехоты. После этого мы примем бой с уже не столь многочисленной армией тварей. При этом они уже не смогут взять нас полукольцом, будет просто лобовое столкновение, где всё решит случай.
Все молчали. Молчали, потому что такая тактика больше подходила для людей. Растянуть армию противника, заставить разделиться, после чего бить по наислабейшим. Эту тактику знали многие, но применять против тварей…
Тогда громдмастер Рагдайзер принял сторону Тэйлона, хотя был страшный спор на эту тему. Вокс помнил, какие дебаты шли. Однако всё равно поступили так, как решил громдмастер форта. Тэйлон ушёл с конницей, как тот, кто это предложил. Он настоял на этом, аргументируя тем, что сможет подсказывать коммандосу в случае необходимости. По сути, он едва ли не правил той конницей. А он, Вокс, остался в крепости.
Всё прошло почти так, как предполагал Тэйлон. Армию тварей действительно разделили, действительно большая часть ринулась за конницей, а малая даже не то что осадила, просто окружила форт. И была разгромлена неожиданно вернувшейся конницей. Взята в клещи пехотой, что высыпалась из форта, и конницей, что ударила сбоку. А потом то сражение, где холмы залило кровью.
— Какой Тэйлон на самом деле? — повторил Вокс, возвращаясь в реальность. Выныривая из воспоминаний о том бое, сером, полном крови и трупов, страданий и ужаса, сюда, в чистый белый зал, где собрался свет их королевства. — Он человек со стержнем.
— Человек со стержнем? — с улыбкой спросила Исси.
— Я бы сказал, что для него чуждо это всё, — кивнул он на зал. — Словно он чувствует себя здесь неуверенно, как потерявшийся ребёнок. Или как идиот. Его надо видеть в его стихии.
— Какой?
— На войне.
Эпилог
Я смотрел вслед принцессе, невольно любуясь её волосами. Пришлось немного одёрнуть себя. Это не Гелиопсис, незачем верить в иллюзию и ковырять себе душу.
— А вы тот самый Тэйлон? — неожиданно спросила девушка в тёмно-фиолетовом, что пришла предупредить принцессу. Она устроилась в паре метров от меня, облокотившись на перила и попивая из бокала. Кстати, там не алкоголь. Видимо, при всей взрослости местных детей алкоголь им не давали.