— Со мной?
— Ты что устроил с Лукасом? Ты же знаешь, что у него за род, и ты знаешь, что Сильвия сделала. И что он с тобой может сделать. Зачем лезешь на рожон? Думаешь, что если на тебе мундир, то всё сразу изменится?
— Викон, ты в курсе, что перегибаешь палку? — спросил я спокойно, пытаясь ему намекнуть. Намекнуть толсто, чтобы он остановился. Меня просили не устраивать спектаклей, я стараюсь их не устраивать, но тут уже дело не между враждующими родами. Здесь внутри рода тёрки идут. Мы, блин, в одном отряде. Мы должны, блин, закрывать слабое звено, а не песочить его.
Хочешь попесочить Сильвию, так делай это не при других. Нельзя отчитывать вышестоящего перед его подчинёнными, нельзя опускать его в их глазах. Нельзя наследницу вот так унижать при тех, кто под ней ходить будет!
Потому что в противном случае это значит, что ты пытаешься подняться за счёт неё.
— Я перегибаю? Ты думаешь, что раз вернулся в армии с медалями и орденами, весь мир ляжет к твоим ногам, Тэйлон? Это не твоя фантазия, где все сразу будут ахать и охать перед твоим званием каппера, это реальный мир, где приходится отвечать за поступки. Почему вы сразу не ушли от него?
— А почему я должен перед кем-то вообще отчитываться?
— Потому что ты не думаешь головой…
Головой не думаю, значит?
Я шагнул и совсем немного ударил его в живот. Совсем чуть-чуть, чтобы было чувствительно, но не настолько, что он будет здесь валяться. Не дав ему согнуться, я рукой схватил его за грудки и прижал к стене.
— Это ты будешь с этой шпаны что-то спрашивать, — прошипел я, кивнув на его подпевал. — Ты никто и звать тебя никак. Ты сука не Лукас, ты даже не из другого рода. Ты просто чушка, которая ходит под нами. И если ты забыл это, я тебе могу прямо сейчас это напомнить.
Кто-то положил мне руку на плечо. Мне хватило быстрой оглядки, чтобы убедиться, что это парень, после чего мой локоть врезался ему в солнышко. Сразу отступил.
— Знай своё место, Викон. Раскроешь пасть на мою драгоценную сестру, и я тебе её порву нахер. Наглядно покажу, за что получил мундир и железки на груди, говна ты кусок.
И несильно толкнул его голову в лоб, чтобы он стукнулся затылком о стену.
И развернулся к его прихлебателям.
— Повторю для одарённых, моя сестра неприкосновенна и не отчитывается перед вами. Попытаетесь ещё раз, как этот дебил, её задеть или унизить, я вам что-нибудь сломаю.
Хотел сказать что-то более нецензурное, но передумал. Незачем настолько далеко заходить. Подошёл к Сильвии, галантно, как меня учили, подставил локоть и произнёс:
— Идём, сестра, поищем более интересных собеседников.