— Ты не представляешь, что сделает его отец с тобой.
— А ты по роже не хочешь? — решил спросить я у него.
Больше тот и слова не сказал.
Да, я повёл себя немного быдловато, но тут уже была не моя вина. К тому же, меня ещё ждал вечер встреч, так что…
Я вернулся в зал, где вовсю шли танцы. К счастью, танцев, где девушки приглашают парней, было немного, всего два за это время, поэтому я с радостью стоял в стороне, не спеша приглашать девушек, которые поочерёдно бросали на меня взгляды, от робких до откровенно вызывающих. Танец я уделил разве что Юноне, но и то лишь потому, что мне хотелось спросить кое-что.
— Юнона, это ты сделала? — негромко спросил я, когда мы танцевали.
— Прости? — захлопала она глазками. — Ты о чём, Тай-Тай?
— Ты сдала меня дружку Амелии?
— Я… нет! С чего ты взял?! — возмутилась она.
— Грант сказал, что ему сообщили, как кто-то ушёл с его девушкой. Единственной, кому до этого было дело, была ты, Юнона.
— Я не знаю, с чего ты взял это… ведь… Амелия, она может хотела тебя подставить!
— Чтобы усложнить себе жизнь? Чтобы её репутация упала и все говорили, что она девушка с лёгким поведением? Что-то как-то не сходится.
— Я не делала этого!
— А кто?
— Я… я не знаю… а чего это ты меня спрашиваешь, Тай-Тай? — попыталась она перейти в наступление.
— Потому что я только что ответил на вызов чести её братца, Юнона. И мне это не понравилось.
— Уэйна?
— Да, Уэйна.
Вообще, прежде чем голословно обвинять её, я спросил у Гранта, кто ему рассказал, но он тактично промолчал. А так как Юнона имела абсолютно полную заинтересованность в этом, я бы уверен, что проделки её. Но доказательств не было, а она признаваться не спешила. А моё желание как можно больше отдалиться от неё лишь выросло. Если девчонка ради своей цели умеет играть в грязную, то совсем не факт, что дальше не будет хлеще.
На девчачий танец (так я назвал танец, где девушки приглашают парней) меня пригласила Сильвия. Причём это я её попросил так сделать, чтобы избежать наплыва женского сообщества. Ничего не имею против женщин, но не надо быть гением, чтобы понять, что после отказа может родиться обида. Которая перерастёт во вражду. Остальное время я просто отстаивался в стороне.
Девушки, поняв, что танцевать я особо не собираюсь, начали постепенно рассасываться, и под конец бала около меня крутились лишь особо настырные единицы в лице Юноны и пары девушек, которых я первый раз в глаза видел.
Собственно, после этого я мог с чистой совестью сказать, что мой долг выполнен. Бал был больше для меня наказанием, если честно. Оттого, когда всё закончилось, я покидал зал с чувством, будто отвоёвывал, а не танцевал.