Ладно, сейчас не до этого, разгребусь с делами, там посмотрим.

Частная авиационная школа «Гамаюн» базировалась на Гатчинском аэродроме. За три года её успешно закончили несколько десятков мужчин и женщин. Первой русской лётчицей, официально получившей от Всероссийского аэроклуба диплом авиатора, стала Лидия Виссарионовна Зверева. После окончания в августе 1911 года авиационной школы, отважная дама совершила очень сложный перелёт с пассажиром на борту по маршруту Петербург-Гатчина. Первой из женщин она повторила знаменитую «петлю Нестерова». Примерно год назад Лидия принялась за постройку аэроплана своей конструкции, собираясь участвовать в ближайшем военном конкурсе. Но, этого деятельной авиаторше показалось мало: недавно она открыла в Риге собственное учебное заведение, куда принимала на обучение главным образом женщин, решившихся пополнить собой ряды «покорителей неба». Авиадело в новой школе Зверева преподавала лично.

Надо ли говорить, на кого стала равняться загоревшаяся новым увлечением Анастасия? Прибыв с очередного «урока» она с жаром рассказывала подробности биографии своего кумира. Как ещё в детстве Лидия увидела в небе воздушный шар, и сразу же поняла: сейчас и навсегда полёты в небо стали её заветной мечтой. В тот же день девочка залезла на крышу сарая и пригнула на землю, амортизируя падение обычным зонтиком. Тогда всё обошлось. Однако недавно аэроплан её конструкции потерпел очередную катастрофу. Слушая восторженные речи своей подруги, я вспомнил, что причиной досадных неудач изобретательницы стали происки конкурентов. После аварии в моторе упавшего аппарата нашли металлические опилки. Тогда лётчица умерла в двадцать шесть лет от воспаления лёгких. Чертежи с изобретениями после смерти Зверевой бесследно пропали. Надо бы помочь Лидии, не повторить свою судьбу в моём варианте истории.

Но, всё когда-нибудь заканчивается. Сегодня у Насти экзамен. Я стоял и смотрел как она выполняла положенные для аттестации фигуры пилотажа. Выдавив вымученную улыбку, радостно кивал, реагируя на одобрительные возгласы окружающих. На самом деле мне было не до веселья. Не то, чтобы я панически боялся высоты, но всё же чувствовал себя далеко от земли достаточно некомфортно.

— Петля Нестерова! — восторженно закричал какой-то щуплый гимназист, в знак одобрения высоко подбросив фирменную фуражку. Я судорожно сглотнул, ощутив чувство, которое беллетристы описывают, как «душа ушла в пятки».

Ух! Вроде всё обошлось. Какова выпендрёжница! Такого элемента в экзамене не было. Но, как же! Чем мы хуже других? Всё-таки не удержалась.