Узнав о том, что супруги Багровы ищут подружку для своей малолетней дочери, на время поездки в Париж, он предложил им посмотреть среди воспитанниц приюта. При знакомстве, Иван Петрович, лицемерно посоветовал обратить внимание на Таню, втайне желая больше никогда её не видеть, так как визиты полковника вызывали в нём подспудный страх, мешая заниматься небольшими, но выгодными финансовыми операциями. Пожертвования и другие благотворительные вливания для воспитанников приюта, порой выражались достаточно солидными суммами.
Когда Таня переступила порог квартиры Багровых, её жизнь превратилась в ад. Она попала в руки настоящих садистов. На людях Валентина Ивановна Багрова, была сама доброта и добродушие. Она любила поговорить о своём чадолюбии с соседями, вот недавно они взяли семилетнюю приживалку — и теперь она её содержит, отрывая кусок хлеба от своей трёхлетней крохи.
Однако, как только за очередной соседкой закрывалась дверь, добрая хозяюшка превращалась в злобную мегеру. Таню постоянно били, драли за волосы, ставили на колени с поднятыми руками, когда она чем-нибудь не смогла угодить дочери четы Багровых — Наде. Кормили пустым супом. В котором никогда не было мяса. Если кто-нибудь давал девочке хлеб, вырывали кусок изо рта и били по голове. Глава семейства Николай Багров старался от супруги не отставать. Истязание ребёнка явно доставляло ему мерзопакостное наслаждение, иначе, зачем ему сначала ставить на тело девочки горчичники, а затем сечь её ремнём по этим местам до крови, зажав голову между ног. После порки Валентина Ивановна осматривала Татьяну и, заметив не затронутые ремнём места, делала супругу замечание.
Отправляясь на прогулку, семейка уродов, привязывала девочку цепочкой к окну за ногу. Фантазия Багровых искала новые формы для истязаний. Ребёнка сажали на горчичник, при этом ноги девочки были вытянуты, а руки завязаны сзади и привязаны к креслу. Так она сидела целый час. Потом Багров вёл её в сад и сёк по больным местам. Однажды семейка заставила девочку тащить носилки с их собственной дочерью. Таня сделала с этой ношей несколько шагов и села — у неё кончились силы. Тогда её избили до потери сознания.
Издевательства продолжились и во Франции. Французы, заметившие изуверское отношение к ребёнку, стали называть всех русских варварами. У девочки от подобного воспитания стал кривиться рот, и начали косить глаза. Жившая в одной гостинице с Багровыми графиня Толстая попросила графиню Апраксину известить русского консула, по поводу жестокого обращения с ребёнком. На Багровых завели уголовное дело. Но, медленно скрипящая машина правосудия, даже не озаботилась забрать у них девочку.