Далее речь зашла о самих царственных особах. Дрентельн отметил трепетное отношение императора к своим служебным обязанностям. По его словам, рабочий день государяскладывался из четырех «утренних» рабочих часов, часа-полутора часов после завтрака, двух часов после чая и периодических часа-двух после обеда. В результате набиралось не менее восьми-девяти рабочих часов ежедневно.

(Александра Федоровна писала сестре о муже почти то же самое (23 декабря 1905 г.): «Ники работает, как негр. Иногда ему даже не удается выйти подышать воздухом — разве что уже в полной темноте. Он страшно устает, но держится молодцом и продолжает уповать на милость Господа».)

Императрица также не проводила свою жизнь в праздности, плотно занимаясь благотворительностью. Не являясь любительницей роскошных балов и великосветских приёмов, она заслужила этим нелюбовь придворной камарильи. А уж когда император стал советоваться с ней по некоторым государственным делам, нелюбовь превратилась в ненависть — и по Петербургу поползли слухи, один зловреднее другого.

Ее Величество, как редкая мать, входила во все мелочи жизни своих детей, выбирая им книги и занятия, распределяя их день, сама читая и работая с ними. Когда кончались уроки, Великие Княжны шли за рояль или за рукоделия, в которых они были большие мастерицы.

Кроме вышивания, они должны были шить на бедных, так же как и свитские дамы, каждой из которых Ее Величество поручала набирать в свою очередь 12 дам для изготовления определенного количества теплых и необходимых вещей. Все это отсылалось Ее Величеству, разбиралось и сортировалось фрейлинами и Великими Княжнами и рассылалось по приютам или лично им известным бедным семьям.

Внутренний быт царских детей также не отличался роскошью. Младшие донашивали за старшими одежду. Так царевич Алексей носил старые ночные рубашки своих сестёр.

За интересными разговорами время пролетело незаметно. Мы вернулись во дворец, где наскоро ополоснув лицо, я стал готовиться к предстоящему мини-концерту.

Ровно без пяти минут семнадцать часов, сопровождаемый лакеем, который нёс гитару, я вошёл в кабинет Александры Фёдоровны, где обычно проходили царские чаепития «по домашнему». Все уже собрались, не было только детей, они подойдут позже. Обычно, на подобных мероприятиях присутствовали только старшие девочки, но сегодня решили сделать исключение, допустив младших Великих Княжон и даже шестилетнего Алексея. Мне уже тонко намекнули, насчёт исполнения детских песен, если таковые имеются в репертуаре. Еле удержавшись, чтобы не сказать «Их есть у меня», просто кивнул головой.