— Иди за мной, — трактирщик направился в основной зал, где его уже поджидал Сумракс, вызванный Корвином.

— Привет. Ой, а это кто такой? Новый вышибала? Какой-то он у тебя мелкий… и зеленый — ты чем его кормишь?

— Моя — падавана! — важно надулся гоблин.

— Это был сарказм? — догадался Шардон.

— Нет, просто шутка.

— А в чем разница между сарказмом и просто шуткой?

Игрок задумался, а губы его беззвучно зашевелились. Потом он нахмурился и пристально посмотрел на трактирщика:

— Надеюсь, это не тот самый вопрос, ради которого меня выдернули из кровати?

— Нет. У тебя с собой модель «Пивного Барона», на которой ты мне показывал переделки?

— Могу принести. Только сперва объясни, чего ты от меня хочешь.

— Мне нужно внести кое-какие изменения в интерьер трактира. И так будет удобнее показывать.

Выполнение директивы №87: 87%.

Расчеты были почти завершены. И на привычное уже изображение главного зала наложились столбики цифр, стрелок, пометок и даже координатная сетка. Разумеется, все это мог видеть только сам военный ИскИн.

— Сейчас вернусь, — с этими словами Сумракс скрылся в подособке.

Бессмертные не могли в любое время и в любом месте исчезнуть, отправившись в свой родной мир — рядом с ними не должно быть никого из местных, поэтому игрок скрылся от посторонних глаз. Исключением был, разве что, режим сна, но для того, чтобы заснуть — тоже есть свои требования и правила.

Но его пропажи Шардон даже и не заметил. Он вышагивал вдоль барной стойки, то вытягивая руки перед собой, то разводя их в стороны. Внезапно останавливался, глядя то на стену, то на пол у своих ног и снова вытягивал руки, странным образом растопырив пальцы.

Наконец, словно отыскав что-то видимое только ему одному, он присел, достал кусок мела и вычертил прямо на полу крест, и обвел его идеальной окружностью без использования каких-либо приспособлений.

— Вот, держи, — вернувшийся игрок поставил на стойку бумажный макет, изображающий почти точную копию интерьера «Пивного Барона».

— Смотри, что я хочу сделать, — кивнул трактирщик, и начал показывать, комментируя.

Сперва Сумракс молча слушал и кивал. Затем на его лице появилось выражение, словно он съел кислый лимон без сахара. Наконец, не выдержав, он начал спорить.

— Хорошо, со столами, допустим, понятно — мало кому хочется сидеть в тени.

— И так будут лучше видны лица и руки клиентов, — согласился Шардон.

— Но если перенести барную стойку на три шага влево, то она будет мешать свободному проходу с кухни, и ее придется обходить.

— Именно.

— Но зачем?

— Чтобы я успел скрыться и уйти через кухню. А еще тогда я смогу обслуживать клиентов, стоя вот на этом самом месте.