Лампы шипели, пот заливал глаза. Сколько это длилось, я не считал — может, двадцать минут, может, больше. Под конец взмок так, будто отстоял полный бой на арене, хотя ни разу никого не задел и никто не задел меня.

Ян, кстати, в конце концов все же начал уставать. От него требовалось не физическое усилие, а энергетическое: поддержание теней наверняка тоже было делом непростым, тем более что он, явно воспринимая все как тренировку, не филонил и вкладывал в тени столько Духа, сколько вкладывал бы в реальном бою. Но было очевидно, что при таком «бое с тенью» тяжелое оружие куда менее выгодно, чем легкое.

Наконец он остановился, выпрямился, повел плечами, тени в последний раз стекли с пола обратно к его ступням и пропали. Кинжалы крутанул в пальцах и убрал в ножны на поясе привычным движением, не глядя. Подошел к скамейке у стены, поднял брошенное там полотенце, вытер лицо и шею.

Я опустил топор. Руки гудели, но переход, тот самый, на котором я застрял, теперь почему-то казался ерундой.

Ян закинул полотенце на плечо и посмотрел на меня через зал.

— Ян, — сказал он.

— Саша, — ответил я.

Он коротко кивнул, будто этим все было сказано, и пошел к двери. Дверь стукнула, и шаги его стихли в коридоре.

Я остался в зале один. Постоял, переводя дыхание, чувствуя, как остывает разогретое тело. Потом снова поднял тяжелый топор. Рубящий сверху, доворот корпусом, косой снизу. Обух не провалился, несмотря на усталость. Переход сложился сам, чисто, будто и не было трех вечеров возни.

***

Октябрь пролетел совершенно незаметно. Учеба, прорывы, поездки к Симонову, снова учеба… Благодаря Духу Зверя и накопленным с прошлого года знаниям мне уже не надо было загонять себя, чтобы улучшать результаты по теории, но все равно учиться приходилось все свободное время. В практике я был стабильно вторым номером, так что в целом итог полугодия должен выйти неплохим.

Георгий продолжал молчать, что напрягало, но я успокаивал себя мыслями о компромате, что у меня был, и помощи Селезнева. К сожалению, сейчас я был слишком занят и не мог тратить время на поиск способов усилить свое давление на него или ослабить его давление на меня, иначе точно не успел бы с прорывами к июню.

В остальном же все было ровно: как у меня, так и у моих ребят. Все спокойно учились.

Наташа как всегда была идеальна, Яков с Артемом продолжали спорить за позиции на практике, правда, проиграв Юрию, уже за четвертую и пятую. Катя с Яковом продолжали свой роман, несмотря на еще пару пришедших писем от Громовых. Училась на своем первом курсе и Нина — не блестяще, но вполне неплохо в рамках своего класса.