поступков и на горизонте не вижу. Девушка задумчиво покачала головой. — А может наоборот, я пытаюсь уберечь тебя? От его превентивного удара? Потому, что ты мне симпатичен? Не думал об этом? Я поднял на неё глаза и улыбнулся. — Нет. Мир? — Мир. — Она протянула руку, кончики пальцев которой я нежно чмокнул. — За мир! — воскликнул я, картинно уставившись взглядом на бутылке красного и очень-очень неплохого вина. Она намёк поняла. — Хуан, мой отец испугался. Серьёзно напугался. А он не из пугливых, — продолжила сеньорита после паузы. Напряжение между нами немного разрядилось, но далеко не до конца. Впрочем, претензий к ней я не имел, наоборот; отношения же с её отцом… Думаю, она не сможет их исправить, как бы ни пыталась. — Вначале, примерно за неделю до вашей выходки в городе… Извини, я буду называть это выходкой, — усмехнулась она. — Вы изначально ориентировались на пользователей планетарных СМИ, пиарили себя. Так что… — Согласен, — улыбнулся я. — Это и была выходка. — Примерно за неделю отец усилил мою охрану. Причём значительно, более, чем в два раза. Я попыталась закатить истерику… А я мастер закатывать истерики, — выразительно хлопнула она ресницами. — Но он даже не стал разговаривать. Тогда мне стало действительно страшно. Ведь лютых врагов у клана Феррейра нет, лишь исторически сложившиеся соперники вроде Сантана. В стране нет борьбы за власть — политическая система стабильна. Нет и социальных потрясений, бунтов и революций, когда под шумок обтяпываются большие дела. Господи, войны, и той нет! — закатила Сильвия глаза. — А с королевой они вообще нашли общий язык и выступили против остальных единым фронтом. Спрашивается, кто, ну КТО может ему угрожать?! — Дивергенты, — ответил я, вспоминая подготовку к вендетте. — Изгои системы, обладающие достаточной устойчивостью, чтобы ограничено противостоять ей. В отличие от просто изгоев, маргиналов. — Угу, маргиналы с оружием и поддержкой. — Дивергенты, — поправил я. — Мы не просто отрабатывали контракт, мы рушили устои. А это много. — Возможно. — Сильвия скривилась, не став спорить. Главное, это «выходка», остальное в её логическом построении вторично. — Итак, отец не стал разговаривать, и я не настаивала — слишком серьёзный у него был взгляд. А после он завербовал всех наёмников на планете, кто ещё остался не завербованным, кого не успели купить Сантана. — Конечным нанимателем был я, — попытался я возразить. Ибо тут были мои оставшиеся незамеченными заслуги — расплатился я сам, без посторонней помощи, несмотря