было и девятнадцати, Хуан, я ещё не превратилась в ту шагающую по головам стерву, каковой являюсь сейчас. Некоторые проходят подобное в двадцать пять — двадцать восемь, тридцать, или даже сорок… А я… — Вздох. — И ты его бросила. Вызвала на доверительный разговор и поставила точку в отношениях, — понимающе улыбнулся я. Она снова скривилась. — Если бы было так просто — так бы и сделала. Но всё оказалось гораздо сложнее. Новый тяжелый вздох, чтобы перевести дух и собраться с мыслями. — Итак, наши отношения подошли к финалу. И только в этот момент я задала себе некоторые вопросы, которые должна была задать раньше, но которые в виду горячечной влюблённости не видела в упор. Например, почему у меня, дочери самого богатого человека в мире, был… Такой неопытный тренер? Не самый лучший? Ведь как тренер мой Мануэль… — Она сделала жест рукой, именуемый «так-сяк». — Не очень. Не научил меня ничему новому, ничему эдакому. Он больше уделял внимание общефизическому развитию, хотя считался тренером именно единоборств, а не фитнеса. Господи, да он меня ни одному толковому удару не научил! — в сердцах воскликнула она. Я уже понял, в чём дело и покровительственно улыбнулся. — Потом отец. Я знаю его с детства, всю жизнь. Он очень сложный человек, Хуан, и очень суровый. Принципиальный. Чтобы жениться на моей матери, он отказался от имени — это было главное условие дедушки. Не просто дать согласие передать детям фамилию жены, признав её главой клана, а полностью поменять свою, как принято у вас, русских, возглавив клан как «король», а не «принц-консорт». Честь семьи Феррейра для него не пустой звук. Как он мог сдаться так быстро, всего лишь поставив мне блокировку? Да ещё давая моему… Избраннику деньги «на меня»? — презрительно скривилась она. — Этого не могло быть, и только тогда я это поняла. — Да, главное, вовремя! — усмехнулся я. — Главное, до меня дошло! — фыркнула собеседница. — Пускай и позже. Дальше я начала копать и насчёт денег. Копала сама, стараясь не привлекать службу безопасности отца, потому дело двигалось небыстро. Но итоги впечатлили — этот чёрт усатый получал значительно больше, чем показывал мне. Более того, вторая часть траншей, о которой я не знала, была регулярной и не зависела от наших походов, моих прихотей и иных трат. И деньги эти, минуя Венеру, сразу шли на его счета на Ямайке. Вот так вот. — Как понимаю, его биография так же была подретуширована, — предположил я. — Угу. Как выяснила позже, как он сам признался через несколько лет (сейчас мы помирились