Сущая малолетняя ведьма. Вот уж достойная смена у Пантеры растет! Нет, врать в глаза я не смог. Потому просто промолчал. — Она небезразлична тебе, — констатировала Тигренок. — И ты нравишься ей. Так в чем проблема, Хуан? Почему не дать ей шанс? — Ты понимаешь, о чем просишь? — устало откинулся я на спинку дивана. — Её растопчут. Сожрут. Сольют в канализацию. Ты представляешь, для работы с кем меня готовят, и кто такая рядом с этими монстрами Марина Санчес, студентка военно-медицинской из сословия работяг? Но и этот аргумент не возымел успеха. — Хуан, это ты кое-что не понимаешь. Никто… НИКТОникогда не посмеет обидеть её, — подалась Тигренок вперед в ответ. — Ты показал всему городу, всей планете, что будет с тем, кто сделает ей или мне зло. Даже Фрейя при её статусе поостережется нас трогать, а остальные не посмеют тем более. …Хотя, Фрейя первая не станет, она умная, — сделала Беатрис отступление, победно усмехнувшись. — Фрейя первая приедет дружить, делать из Марины союзницу для совместного над тобой контроля. А остальные ей не чета, тебе на один зуб. Я молчал, не зная, что сказать. Над тем, что она говорила, я думал много, не один месяц. Но думать и решиться, сделать практический шаг… — Пойми, они не станут твоими жёнами, никто из них, — продолжила давить юная Санчес. — Ни Фрейя, ни её сестра не выйдут за человека, у которого мать — проститутка. Даже если они решатся, что вряд ли, этого не позволит королева. Остальные же аристократки не будут рассматривать такую возможность и в качестве наркотического бреда. А жена тебе нужна. Не в полном смысле, а как человек, имеющий такой статус. Кем ты будешь для общества без жены? Так, проходимцем, мачо. Если же ты глава семейства… Только тогда тебя воспримут всерьез и только тогда с тобой будут разговаривать серьёзные люди. Ты и сам знаешь, как работает наше общество, Хуан, не мне тебе рассказывать. И должен благодарить всевышнего, что он облегчил тебе задачу и послал в качестве супруги девушку, которая любит тебя, всё понимает и не подставит, ударив в спину. Которая будет верна и тебе, и твоему делу, чем бы ты ни занимался, не требуя ничего сверхъестественного взамен. — Долго думала? — усмехнулся я, понимая, что надо взять паузу. Решать такие вопросы сходу нельзя, а её точку зрения я понял. — Да. — Девушка кивнула. — Но мне было не до того — ребенок был для меня важнее. Я бы сделала это позже, когда бы он родился… — Помолчала, перебарывая волну, идущую от раны в душе, которая зарастёт еще не скоро. — Собиралась свести