давая ей закончить: — На самом деле ты ей давно нравишься. С самой весны, как вы познакомились. Блин, она не пошла бы на эту авантюру с замужеством, если бы была к тебе равнодушна! Просто раньше она убеждала себя, что ненавидит тебя, и пряталась за свою ненависть. А теперь… — Беатрис опустила голову. — А теперь ненавидеть не получается, — озвучил я. Кивок. — Да, теперь она не может ненавидеть, и чувства из неё так и прут. Она пытается их отрицать, пытается дистанцироваться… Но не получится убежать от себя. А от тебя — тем более. Помолчали. — Хуан, я хочу дать ей шанс, — продолжила Беатрис, посмотрев на меня с нескрываемой надеждой. — Вчера она увидела, как я… Скажем так, как я за тебя борюсь. — Щеки Тигренка налились пунцовой краской. — Мне это не нужно, говорю же. Я просто хотела показать ей, что это возможно, бороться за тебя. Возможно обихаживать… — Быть женой, — перевёл я на испанский. Вновь кивок. — Да, быть женой. Которой она уже и так является. Которая готовит, вовремя будит и собирает. Которая делает всё, чтобы тебе было комфортно делать свою работу, чтобы ты знал — здесь тебя ждут и тебе рады. Что есть место, которое ты можешь называть словом «дом». — Глубокий вздох, и с новой энергией: — Хуан, вам ведь даже придумывать ничего не надо! Все взаимоотношения прописаны задолго до вас! Просто не делайте вид, что вы чужие, а вы, и правда, не чужие. — Не чужие… — Я сбился с мысли, которую собирался озвучить. Покачал головой, но усилием воли очистил сознание: — Мы не чужие. Мы случайные , Беатрис. Случайно встретились. Случайно произошла та история. Я не мог поступить иначе, чем поступил, но согласись, что вероятность, что на тебя напали бы Феррейра желая украсть ребенка не просто низка, а смехотворна. Это случайность, что такая мысль пришла в голову самомУ всемогущему дону Октавио. А твоя беременность? — распалялся я, ведь всё это было действительно так. — Это не просто случайность, это вообще что-то из ряда мифического! Так что нет, мы не чужие. Мы больше, чем чужие. Просто вынуждены вести себя так, как диктует Мироздание, и всё. — Она тебе не безразлична! — сверкнула глазами Беатрис. Жестко сверкнула, принципиально. Зная, что говорит. — Ты не женился бы на ней только из одной благодарности! Она рассказывала, как вывела тебя из депрессии, что ты пытался помочь ей не просто так, а в качестве ответа… Но ЖЕНИТЬСЯ не стал бы даже ради этого. Ну, согласись, Хуан! Признай, что я права! Или наоборот, скажи, что не права, если хватит совести врать в глаза! Ведьма.