Самый безобидный. — В точку! — отсалютовал я сигаретой. — Безобидный! Но любая дипломатия ставит целью найти не оптимальное решение для сторон конфликта, и не безобидное, а «отжать» у противника как можно больше. И аппетиты противоборствующих сторон редко когда можно уравновесить в одной точке. Ты, например, не хочешь отдавать мне ни ту, ни ту, и я не вижу аргумента, чтобы тебя заставить. — Ты умнее, чем я думал, Чико, — то ли похвалил, то ли съехидничал юный Феррейра. — Второй вариант с точки зрения дипломатии похуже. И дело совсем не в аппетитах — тут ещё подключаются мораль и этика, которые в нашем обществе значат достаточно много. Тем не менее, как вариант. Я трахаю Фрейю, ты — Сильвию. Пауза. Посмотреть на его лицо. Дёрнулось, но я ожидал меньшего владения собой. — Вариант на самом деле не так плох, как кажется, — продолжил я. — Девочка она красивая, кровь у вашего потомства будет чистой. Негативные же мутации от инбридинга можно отсечь в лаборатории. Современная генная техника может творить чудеса! Да и что для самих Феррейра значат какие-то рамки приличия или мораль? Ручаюсь, в высшем обществе этого вообще не заметят. Есть, выродка от слова «инбридинг», наконец, передёрнуло. Ну что ж, своё я получил, достаточно. Мне не нужно танцевать на его костях, хотя поле поизговляться было колоссальное. Продолжаем разворачивать перспективы: — Естественно, ты на такое не согласишься тем более. Тебе интереснее вариант, что ты трахаешь и Фрейю и Сильвию, а я лечу в космос, неправда ли? Да-да, ходил я к гадалке, ходил, — опередил я его язвительный смешок. — Но на него не соглашусь уже я. Мне же по душе четвёртый вариант. Что это я трахаю и Фрейю, и Сильвию. А ты идёшь лесом. — Куда? — не понял он. — В Центральный парк, — пояснил я более понятной аналогией. — Там много девчонок, выбирай любых и сколько хочешь. Кромеперечисленных. Его вновь перекосило. Я же подвёл дискуссии закономерный итог: — Так что сам видишь, дипломатия тут бессильна. Ты приехал зря, хотя уважаю твою попытку воспользоваться моментом. Себастьян сузил глаза в две узкие щёлочки и сосредоточенно покачал головой. — Плохой ты дипломат, Чико. Нельзя тебе в политику. — Задумчивая пауза. — Мало, слишком мало вариантов придумал. Есть ещё. — Какие? — усмехнулся я. — Ты даёшь мне условных «денег» и я отваливаю? Не смешно! — Деньги? — Собеседника вновь перекосило. На сей раз от презрения к моему скудоумию. — Чико, не надо держать меня за идиота, аристократичного глупого сноба, пренебрегающего реальностью. Я