— Неделя и две недели, — сказала тем временем Хасси, и я сначала не понял, что именно она имеет в виду, настолько неожиданно это звучало.

— Ты хочешь сказать, что тут две аномалии? — спросил я. Выходит, девушка успела не только врезать по врагам, но и оценить обстановку, вот только уж больно неожиданным оказался результат. — Ты уверена?

— Перепроверила результаты, — кивнула Хасси. — Да там и невооруженным взглядом было видно, как поменялось небо. Причем оно начало меняться в момент моего выхода еще раз. Так что я думаю, что тут не одна большая, а множество аномалий.

— Чувствуется тот же почерк, вы не находите? — неожиданно включился в разговор Барн, и у меня по телу пробежали мурашки.

А ведь действительно. На Пивоте в прошлой петле наши враги пытались создать оружие, которое с помощью браслетов могло бы перенести эффект аномалии в любую точку. Тут же опять — работает этот пси-генератор, меняющий само пространство вокруг нас. Кажется, вот она цель… Вот только что-то я не верю, что множество аномалий — это случайность. И если предположить, что их создание — это тоже часть эксперимента или, как вариант, одно из следствий работы местного генератора, то вот оно совпадение, о котором говорил Барн. Мы все чуть ли не одновременно кивнули, а потом продолжили полет. Теперь, ориентируясь на ту сторону горизонта, откуда шли отключающие пси-энергию волны и на точку вылета вражеской флотилии, мы уверенно направлялись в направлении таинственного чудо-артефакта.

За следующие полчаса болтанки в атмосфере этой странной планеты нас пытались достать еще семь раз. Причем только две попытки были подобными первой, когда с той или иной стороны на нас нацеливался чужой флот. В пяти других случаях враги появлялись чуть ли не в середине нашего строя, используя очередную аномалию на нашем пути. Причем если в обычной ситуации мы могли бы просто держать отряд разведки во втором потоке, то теперь это не помогало. Да, наблюдатели были, но они видели не дальше своей аномалии, а враги появлялись из следующей буквально за мгновение до того, как мы до нее добирались. И если бы не наши щиты, перекрывающие любые вражеские атаки в одном времени, если бы не слаженная работа отрядов Барна и Трака, то потери могли быть гораздо больше.

Но и так мы уже потеряли десять кораблей, и с учетом первых крушений это уже была почти минус треть нашего флота. Увы, часть атак приходилась в моменты, когда изменения пси сбивали нашу защиту, и тогда только чудо и броня кораблей могли сдержать вражеские удары. Так во время последней атаки упал корабль, на котором шел сын Барна. Я видел, что прямо перед землей они включили щит, и это позволило им пережить падение, вот только повреждения были слишком серьезными, чтобы вернуться в строй. И становилось понятно, что для них эта операция подошла к концу.