А потом, когда я уже разочаровался увидеть Асси, поблизости заурчал китс. И вновь я поразился способности этого кошака со змеиной головой на хвосте прятаться от любых сканирующих техник.
«Она почти не выходить из своей каюты, — рассказал он мне о «Пылающей длани». — Сидеть и не двигаться. Все время смотреть в одну точку, но иногда она шевелить носом. Словно пытаться меня унюхать, но я не пахнуть. Мне казаться, твоя самка безнадежно повредиться мозгом».
Тон моего пушистого питомца был предельно трагичен, но во мне, словно наоборот, что-то запело. Так ведь было и во время нашей последней встречи. Асси словно почувствовала меня, и я ушел, чтобы не подставлять ее перед Траком. И вот, оставив с ней рядом китса, я сделал правильный выбор. Знакомая энергия, запах моих рук, которыми я сжал голову своего действительно непахнущего помощника — все это было рядом с девушкой эти дни. Напоминало о ее прошлом. И, возможно, помогало бороться. По крайней мере, я очень хотел в это верить.
«Моя вернуться и наблюдать за ней, — важно сказал мне китс, прислушавшись к бушующим внутри меня эмоциям. — Как ты и сказать, а я обещать».
И он вновь исчез так же быстро и неожиданно, как до этого появился.
Глава 20. Зона испытаний 2
Шесть часов, слившиеся в пелену коротких мгновений подготовки, пролетели незаметно, и неудивительно — при таких жестких рамках, в которые поместила нас ситуация, дорога была каждая минута. Поэтому никто и не подумал отвлекаться на мелочи вроде еды или сна, возместив все недополученное организмом за счет стимуляторов.
Корабли тоже были построены в нужной точке еще за час до начала, и теперь мы внимательно всматривались в приборы, ожидая появление аномалии. Первыми должны были отправиться мы, затем Садон со своими наездниками, а следом Барн и его группа поддержки на восемнадцати кораблях с новенькими хронодвигателями. Увы, ни на что большое их пристроить не удалось, так что владыке Тервина пришлось ограничиться в выборе флота максимум легкими эсминцами и одним крейсером, обводы которого на удивление четко совпали с одним из движков.
И вот, наконец, заколыхалось пространство-время, что весьма эффектно выглядело на приборах, а в реальности космос по-прежнему оставался черным и непроницаемым. Я вывел на экран серую воронку с изумрудными вкраплениями, и по коже побежали мурашки. Не от страха, вовсе нет — от предвкушения. Как мы наконец-то найдем тех неизвестных, по следу которых шел Трак, как мы отобьем у них модель генератора искажений, а потом… Я бы, если честно, его уничтожил, чтобы ни у кого больше не возникало соблазна использовать это опаснейшее оружие. Но вначале его нужно будет тщательно изучить — как раз для того, чтобы понять, как его обезвредить. Потому что действовать по-другому, без знаний и подготовки, это все равно что взорвать атомную бомбу, не понимая, что с ней делать.