Петр сидел, затаив дыхание, наблюдая за этой маленькой семейной драмой с сочувствием во взгляде.

— Петр, ты как, со мной или останешься здесь?

Он встрепенулся, стряхивая несуществующие крошки с колен. В его глазах вспыхнул тот самый азарт, который я видел у него в переулках Восточного.

— С тобой, — ответил он без тени сомнения. — Что-то я почувствовал вкус к приключениям.

И затем состроил такое нарочито-плутовское, дурацкое лицо, что я невольно усмехнулся.

— Приключения, — повторил я, вставая из-за стола. — Ну что ж, поехали. Приключения должны приключаться, — пошутил я.

Встал, вышел в прихожую и снял трубку с телефона. Набрал номер Валька.

Трубку взяли не сразу. Чей-то незнакомый голос на мое «Позови Валька», ответил:

— Корефан занят!

Я снова набрал номер. На этот раз подошел Валек.

— Какие тут люди нарисовались? — протянул он, услышав мое «алло».

— Валек, это я.

— Блииин… Влад! — в голосе послышалось пьяное оживление, смешанное с укором. — У меня сёдня днюха, а от лучшего друга ни привета, ни ответа. Чё, устроился на крутяцкую работу и меня все, алес? Списал?

— Так звоню же, — я усмехнулся: Валек долго обижаться не умеет, его обид хватает максимум на пару секунд. — Приеду поздравлять. Где зависаете?

— У меня на Горе! — он старался перекричать загремевшую музыку и громкий хохот компании. — Подгребай, жду!

— Я не один, — предупредил его.

— С Анжелкой, что ли? — это предположение заставило меня поморщиться.

— Нет, со мной коллега с работы.

— Да чё я, выпивки пожалею, чё ли? Тащи своего коллегу, нальем, накормим, напоим, все по красоте будет! — он фыркнул и рассмеялся.

Да, Валек уже изрядно «наотмечался».

К Вальку на Гору мы приехали, когда уже было часов девять вечера. Дверь в его квартиру распахнута настежь, слышатся музыка, разговоры, пьяный хохот. Вошли. Внутри не протолкнуться — классика жанра, молодежная гулянка в девяностом. Дым стоял коромыслом, на полу пятна пролитого вина, окурки.

Петр замер на пороге, с любопытством и легким испугом разглядывая это буйство. Но недолго. На него сразу же, словно коршун, спикировала какая-то бойкая девчонка с хвостом до пояса и в короткой юбчонке. Что-то крикнула ему на ухо, заливаясь смехом, и буквально уволокла в соседнюю комнату, где под медленный, тягучий хит танцевали медляк. «Белые розы, белые розы, беззащитны цветы», — заблеял Юра Шатунов после долгого инструментального проигрыша. По потерянному и одновременно счастливому лицу моего напарника я понял, что его первая в жизни настоящая вечеринка началась более чем успешно.

Валька я обнаружил на кухне. Он с азартом руководил процессом нарезки очередной батареи бутербродов. Увидев меня, раскинул руки, чуть не выронив нож.