— Ты хорошо подумал? Влад, тут смотри какая схема… Мы же проценты начисляем. И проценты неплохие. Двадцать годовых. Это серьезные суммы, и прибыль реальная. И каждый месяц розыгрыш проводим. Ты прикинь, где такие деньги не работая получишь? Таких условий больше нигде нет. — он говорил, и я видел, что он верит в это.

Для него вся лотерея — не обман доверчивых вкладчиков, не финансовая пирамида. Странно наблюдать, но, как говорится, благими намерениями выложена дорога в ад.

— Нам экономисты все прощитали. — именно так, через «Щ», произнес Слон. — Из Академии наук в Новосибе. И тут у нас консультант. Ученый, Владимир Протасов, кандидат экономических наук, не хрен какой с горы, — с важностью сообщил Виктор Слонин, а я подумал, что слишком много Вовчика стало в моей жизни.

— Вить, именно хрен с горы. Я этого Вовчика хорошо знаю, мутный тип, — говорить о том, что все благие намерения афганцев помочь своим накроются медным тазом, не стал. Как и о том, что скоро эта организация будет конкурировать с десятком таких же пирамид, которые будут предлагать большие деньги на более выгодных условиях. Тот же «Хопер-инвест», например. — И все-таки, Виктор, вопрос ставлю ребром: верни деньги. Я внимательно прочел проспект на выпуск облигаций. Там черным по белому написано: «Деньги возвращаются по первому требованию».

— Ну так процентов же не получишь, все теряется. И в лотерее ты уже не будешь участвовать. А там разыгрывается крупная сумма, — Слонин встал, прошел к сейфу, открыл его. Уже достал деньги и замер, выжидательно глядя на меня. — Может, передумаешь?

— Нет, братан, без обид. Дом будем покупать, и скоро. Так что давайте, без меня, — я пододвинул к нему облигации.

Слонин отсчитал семь тысяч — пять моих, и две тысячи родительских сбережений — и подал мне. Я взял, не пересчитывая, сунул деньги в барсетку.

— Ну, давай! — кивнул ему и направился к выходу.

— Ты, это, нас не забывай, проблемы будут — всегда поможем, — крикнул вслед Слонин.

Вышел на воздух. Гремела техника. Пескоструйка начала очищать стены дома афганцев от многолетних наслоений. Я поспешил уехать.

В дороге думал о том, как скоро Союз ветеранов Афганистана развалится на десятки конкурирующих между собой группировок? Уже в девяносто первом. Позже они будут стоять на одном уровне с ОПГ, бывшими спортсменами и прочей пеной, которая поднимется на волне развала Союза. И только через десять лет, в начале нулевых годов, Союз ветеранов Афганистана будет приведен к одному знаменателю и встроен в государственную систему.

Поехал к родителям. Отец был дома, мама на дежурстве.