— Влад, что делается? — С порога начал возмущаться отец. — Вот вчера смотрел по ящику заседание Верховных Советов — союзного и российского. Ну про союзный я вообще молчу. Сплошное «му-хрю»: «Сохраним Союз… а-я-яй, нехорошо разрушать экономические связи»… Они, бля, власть или кто? Почему силу-то не применяют против сепаратистов? Тем более сидят эти сепаратисты в трех километрах от Кремля в Белом доме. Как это РСФСР вдруг отделяется от Союза? Как такое возможно вообще? И ведь так невинно заявляют, что мол, мы не отделяемся. А как они не отделяются, если объявили верховенство российского законодательства над союзным⁈

— Батя, теперь понимаешь, почему я настаиваю на покупке дома за городом? — Я достал из барсетки деньги и сунул отцу в руки.

— Задним умом где-то понимаю. Но до сих пор не могу поверить в то, что творится… — Он вздохнул. — Может, еще все изменится? — И с надеждой посмотрел на меня. — Может, наведут порядок?

— Кто наводить-то будет? Ельцин? — Я усмехнулся. — Ему только власть в руки попала. Он сейчас ею упивается. Пока только властью, потом просто упиваться будет. А ты давай-ка, собирайся, пока у меня есть время, слётаем до Кубанки. И не слушай маму с ее «хотели как лучше», потому что получится «как всегда». Дом нужно купить обязательно. Сам потом спасибо скажешь.

В Кубанке были через час. От города не сильно далеко, но и не сильно близко. Самый оптимальный вариант. Брат матери, крепкий мужик лет пятидесяти, всю жизнь проработавший в этом совхозе трактористом, обрадовался.

— И правильно! Под старость лет поближе к земле надо, Борька! — Он хлопнул отца по плечу мозолистой рукой. — Привыкать, так сказать, к землице пора, чтобы потом лежать в ней мягше было, — пошутил он и сам же захохотал над своей шуткой. — А совхоз у нас немецкий, здесь все правильно и аккуратно… Жалко только немцы в Германию засобирались. Уже три семьи выехали.

— Крысы бегут с тонущего корабля, — хмыкнул отец.

— Что ж сразу крысы-то? Они ж вроде как на Родину едут? — Возразил дядька.

— Кому они на той «родине» нужны? — не сдавался отец. — Они про ту «родину» только в книжках читали — о Великой Отечественной войне!

— Да что крысы-то сразу? Люди все хорошие, чтобы чужое взять — ни-ни. И все уважаемые. Вот тот же главный энергетик…

— Бать, дядь Андрей, не спорьте, вы оба и правы, и неправы, — примирительно произнес я. — Людям просто не нравится то, что происходит в Союзе. Повлиять на происходящее они никак не могут, а участвовать в этом не хотят. Ну и, видимо, чуйка у них развита. Интуитивно чувствуют, что валить отсюда надо.