— Дети, вы не видели сестрицу Аленушку и братца Иванушку?

Дети хором закричали «Нет!», и… в этот момент одна куриная нога запнулась о другую, избушка опасно наклонилась… Послышалось «Блин!», сказанное громким фальцетом и — на пол полилась вода. Все бы обошлось, но в тишине зала прозвенел громкий детский голосок:

— А Баба Яга описалась!

Дальше я не мог слушать, отполз глубже за кулисы и согнулся пополам в приступе смеха.

После спектакля Баба Яга, стащив с головы платок с висящими седыми паклями, лупила им Валька. Я кое-как оттащил него эту фурию, отметив, что волосы у нее натурального цвета — огненно-рыжие, некрашенные. Зеленые глаза артистки метали молнии. Девушка была яркой, но — как-то фрагментарно. Судя по звонкому голосу — молоденькая. Но — кто их артисток поймет, вдруг все еще «в образе»? Вряд ли узнаю ее без грима, но мне это и не нужно.

Выволок друга на улицу, запихал в «Волгу» и всю обратную дорогу ржал. Успокаивался, но снова приступы смеха одолевали, стоило только посмотреть на расстроенного Валька. Похоже фраза «Баба Яга описалась» станет в театре крылатым выражением.

Высадив Валька, поехал в «Р. И. П.», переночую там, в гостевой комнате. Пока ехал, думал, что смеяться приятно. Такая легкость появляется на душе, а ведь в своей прошлой жизни я совсем забыл об этом. Забыл, как можно просто радоваться, как простые вещи доставляют удовольствие, как это — жить без постоянного напряжения.

Надвигается катастрофа. Развал Союза. А простые люди этого не чувствуют. Продолжают жить своей жизнью. Водят на спектакли детей. Маются, как вот Валек, с похмелья. Садят картошку, разбивают клумбы. Занимаются тысячей мелких дел, погружены в бытовые заботы.

Почему-то пришло в голову сравнение с Титаником. Люди плывут к новой жизни, на огромном, супернадежном лайнере. Думают, впереди счастливое будущее в новой стране. А лайнер вот-вот налетит на айсберг… Причем капитан об этом знает, но все равно гонит вперед…

Ладно, все это «ложная патетика», как любит выражаться Петр.

Сорокин позвонил, когда я уже остановился у ворот нашей «конторы».

— Влад, переходим на казарменное положение. Быстро в «Р. И. П.», — приказал он.

— Так точно, товарищ полковник, — по военному ответил ему и положил трубку.

В зеленом фойе был через пару минут.

— Однако, скорость, — только и смог сказать Сан Саныч. — Приведи себя в порядок и быстро ко мне. Рохлин скоро прибудет. Ситуация изменилась и серьезно.

Я прошел в гостевую. Сполоснулся в душе. В шкафу белые рубашки разных размеров и темные брюки. Одни подошли. Переоделся. Хотя — смысл наряжаться как на парад? Обычная рабочая ситуация.