— А потом из Москвы нам в спину ударят! — снова несколько истерично воскликнул Зиновьев, отчего все поморщились.

— Верно.

— А им в спину ударит Климов, — хмыкнул Молотов. — Так что не рискнут.

— Это если ударит! — продолжал излишне горячо говорить Зиновьев. — Климову выгоден наш разгром, потом ему легче будет добить как Свердлова, так и нас!

Все погрузились в раздумья. Положение действительно возникло угрожающее.

— Товарищ Дзержинский, а что нового происходит в Москве? — спросил Сталин.

— Усиливаются разброд и шатания. Свердлов словно с цепи сорвался с этим «красным террором», особенно после того, как над городом стали летать самолеты РОДа и сбрасывать листовки.

— Какого содержания?

— Да все тоже, что и раньше… всяческие гадости из биографий…

Сталин понятливо кивнул. Он из подобных материалов сам много нового и нелицеприятного узнал о многих своих «товарищах».

— Так же растут антиеврейские настроения. Дескать, не успели немцев скинуть, а их место заняли евреи, коих по фамилиям от немцев не отличишь… только по виду.

— Грязный ход, но действенный, — хмыкнул Сталин.

— Думаешь это работа Климова, Коба? — спросил Молотов.

— Не сомневаюсь.

— Но в листовках ничего такого нет, да и странно было бы ждать от него подобных провокаций, учитывая его связь с еврейскими партиями. Не думаю, что они такое бы одобрили, ведь однажды накал страстей может вылиться в погромы, а значит приведет к жертвам. Евреи ему это припомнят.

— На то и расчет, что он вроде как не при делах именно по озвученной тобой причине Вяче, на что и станет упирать, обвини его кто в этом. Но я уверен, это его работа… Он мастер бить по слабым местам. Вот и тут…

Все понятливо кивнули. Так уж получилось, что помимо религиозного фактора раскола на староверов и никонианцев с сектантами (последние составили особенно жестокие отряды ЧК, занимавшихся этим самым «красным террором»), произошел еще и национальный раскол — большая часть евреев осталась в Москве. Так что нет ничего удивительного в том, что это стало сильно раздражать москвичей, ибо куда ни плюнь — еврей.

И тут никакие идеи интернационализма не спасут. Нельзя поменять сознание людей за считанные месяцы, особенно если сами евреи давали кучу поводов для негативного к себе отношения, ибо по привычке тянули за собой своих соплеменников во все структуры власти, где работали. Так-то хорошая черта для нации, но не в данном случае. Ведь не к станку же вставали. Да еще эта любовь к гешефтам… не все, но как известно, о большинстве судят по меньшинству.

В общем не требовалось даже вбрасывать какие-то слухи и идеи, люди бы сами дошли до данных мыслей, просто их чуть сильнее сфокусировали на определенном аспекте, что Климов обозначил своим солдатам еще во Франции. Дескать именно евреи захватят власть, а им самим ничего не обломится, как и их детям ибо у евреев есть свои дети у которых будет лучше образование, а главное — протекция. И это начало создавать взрывоопасную напряженность в Москве.