Я прижался спиной к стене, пытаясь выйти из этой ситуации. Ну как, выйти — пытаясь найти способ добраться до окопавшихся в коридоре бойцов и отправить их к Жнецу.

— Эй, менталист!

Голос был молодой и чуть дрожал.

— Ась?

Причин отмалчиваться у меня не было, так что можно и поговорить. Может, узнаю чего. Главное — оставить говорливого в живых, чтобы потом перепроверить услышанное с помощью магии разума.

— Тебе конец, тварь! Ты и твоя подружка-сука за все ответите! — крик перешел в конце на визг, от которого мы с Орвистом даже поморщились.

Не люблю я истеричек, никогда не любил. Больше всего меня в жизни раздражали истеричные бабы-скандалистки, которые любили устроить сцену в магазине или другом публичном месте. Хуже них были только точно такие же мужики, это для меня вообще было за гранью понимания. В визге же неизвестного, которым многочисленные тетки на моем жизненном пути грозились навлечь на случайных людей все десять казней египетских, если они сейчас же не начнут лизать им ноги, я уловил знакомые истеричные нотки. С такими людьми я постоянно сталкивался и при работе в салоне. К сожалению, я был слишком мягкосердечен, чтобы бросать своих коллег грудью на амбразуру гнева неадекватов и скандалистов. Особенно жалко мне было работающих со мной девчонок — таких же не нашедших себя в жизни, вчерашних студенток бесполезных специальностей в безымянных ВУЗах, которые просто пытались выжить в Москве.

Так что у меня был очень богатый опыт в общении с такими людьми, и морально я был готов ко всему, что рот неизвестного извергнет в следующие минуты на тему меня, Лу и нашей ближайшей родни. Я даже улыбнулся при воспоминании о традиции интернет-воинов водить чужих матерей в кино по любому поводу. Боги, как же давно это было. А было ли вообще?..

— Прими свою смерть, менталист, и обещаю, твою сучку мы убьем быстро, если откажется давать клятву!

Боже, ну какая пошлость. Парень, меня тоже пытались привести к клятве. Если Лу откажется, точнее, когда откажется — тут я в силе воли моей богини не сомневался, это я, смертный, дрогнул и нашел себе цель в отмщении Каю Фотену и Гарену — вы мигом снесете ей голову. Такова традиция порабощения менталиста, не вы ее установили, не вам ее менять.

Я потянулся магией к неизвестному, крепко сжимая в руках посох. Чей же герб был изображен на воротах и вышит на форме дружинников, охранявших дом — я так и не вспомнил. Может, покопавшись в воспоминаниях этого крикуна, что-то удастся выведать. Но не успел я достаточно погрузиться в работу с магией, меня в бок тыкнул Орвист.