— А здесь есть старики?

— Мало. Единицы.

— И почему?

— Климат. Вы, наверное, заметили, что здесь либо пыльно, либо влажно. И то, и то оседает в лёгких. А это различные болезни.

— Хватит уже трещать! — раздался голос наёмника из тёмного прохода. — Идём! Тут вроде чисто!

Мы шагнули внутрь. Проводник осветил стены и потолок прохода — я даже ужаснулся! Все было выполнено из цельного железобетона. Но из-за постоянной сырости и старости большая часть поверхности раскрошилась и осыпалась, обнажив ржавые прутья арматуры, рельсы и фрагменты толстой проволоки. Повсюду плесень, какие-то водоросли, даже голубоватый мох. Всё это было очень похоже на тело подгнивающей рыбы, как если бы мы находились внутри неё. И практически повсюду трубы, вентили, клапана, муфты. Все ржавые, с торчащими отовсюду толстыми лохмотьями отслоившейся ржавчины. То тут, то там капала вода, а местами даже стекали целые ручейки. Ощутимо воняло тиной, застоявшейся водой. И такая картина была повсюду — насколько хватало глаз. На кой чёрт здесь так много труб?

Потолка не видно — вместо него стальные балки, на которые были приварены листы решёток. Я глянул вниз, осветив воду фонариком. Там, в тёмной, мутной воде сложно было разобрать что да как. Но одно я увидел отчётливо: едва покрытый водой человеческий скелет, в остатках амуниции, бронежилете и облупившейся каске. Рядом с ним лежал проржавевший насквозь автомат. Он, почти в горизонтальном положении застрял между труб, так и оставшись висеть.

— О, Семён! А это что там внизу за товарищ отдыхает?

Но Семён не ответил. Вместо этого, он незаметно быстро вышел и громко хлопнул входной дверью. Снаружи лязгнул засов. А затем оттуда раздался негромкий смех.

— Чего это он? — спросил Скат, поспешно вернувшись ко входу. — Эта лысая обезьяна нас что, заперла?

— Да! — ответил я, а затем отчаянно ударил ботинком по железной двери. — Бросил нас! Урод!

— Вот сука! — без намёка на стеснение выразил свои мысли наёмник. Обращение было более чем подходящим.

— Но… Какого чёрта? — ни к кому не обращаясь, спросил я. — Для чего ему это было нужно?

Я дёрнул дверь на себя. Ещё раз. Ударил ногой. Без толку — добротный железный засов снаружи сводил на нет мои попытки открыть дверь.

Скат молча стоял рядом, освещая фонарём потолок, стены, рассматривая ржавые трубы.

— Макс, идём! Эту дверь не открыть.

— А если взорвать?

— Если бы из подствольника по ней шарахнуть, тогда — может быть. Но не факт. Да и «Грозы» у меня больше нет.

— А если гранату?

— У меня не осталось, — развёл руками Скат. — Последнюю вам подкинул!