Тем не менее, способности студента заставили Маверика удивиться. Он не подал вида, не ослабил атаки, лишь сменил её вектор. Ладони сжались в кулаки, он уже не думал об ущербе, не боясь оставить на пацане пару синяков. Будет уроком, как правильно отвечать старшим по званию.

Две тени плясали в свете огромной луны, разгоняя воздух, который яростно свистел от скорости атак.

Фауст отпрыгнул, разрывая дистанцию. Ни единой царапины, удивительно, ведь он только что побывал в настоящей мясорубке.

Маверик не дал юноше отдохнуть, он снова насел, чередуя удары ногами и руками.

— Хватит!

Но старик не остановился, Фаусту пришлось заблокировать летящую ногу, своей ногой.

Прозвучал звук удара металла о металл.

— Что это значит? — Анкарт остановился, тяжело дыша.

Капли пота застилали глаза давно не тренирующегося солдата. Он сразу понял в чём дело, зрение не подводило, парень перед ним был таким же калекой, как и он сам.

Руки старика опустились, он остановился на месте, словно вкопанный.

— Теперь понятно, откуда у тебя такие игрушки. — произнёс он.

— Именно. — Фауст не стал приближаться.

— Мне правда надо знать, что произошло. Может когда ты закончил этот цирк, расскажешь?

— Не понимаю о чём вы.

— Да ладно тебе, парень… Я же не кретин, хоть и не сразу понял, что ты меня спровоцировал, старею.

Фауст засомневался, но через секунду приоткрыл завесу тайны.

— Это была она, если их можно делить по полу. Училась со мной на курсе, привлекла внимание, своими знаниями. Хотела стащить одну вещицу из стен Локвуда, когда я пришёл её остановить, было поздно.

— Хм…

Фауст отдал приказ, кресло-протез под Мавериком приняло прежний вид.

Старик проводил трансформацию грустным взглядом, парень его понимал.

— Предложение в силе? — спросил воин.

— Да.

— Тогда встретимся завтра, будешь рассказывать, чем я могу быть полезен.

— Вот так просто?

— А чего тут мудрить?

— Вам не надо уволиться и прочее…

— Не для того я и мои ребята проливали кровь на границе, чтобы я не имел возможности послать весь ректорат нахер.

Фаусту не оставалось ничего, кроме как кивнуть.

Оба направились к общежитию, студент на своих двоих, а бывший солдат в кресле.

В холле общежития их уже ждала гостья.

— Виолетта? — Фауст устал удивляться подобным встречам.

— Нам надо поговорить.

Девушка была одета в лёгкое платье, через которое просвечивалось бельё. По всем законам, это располагало к романтическому настрою, но лицо её было грустным.

— Идите в комнату, там поговорите, — махнул рукой старик. — И раньше утра, чтобы носа не показывали.

— Но правила… — удивился студент.