— Кто изобрёл формулу? — всё же спросила у алхимички.

— Профессор Андрей Робертович Вайсс, артефактор, преподаёт у парней на третьем курсе. Его труды тоже здесь есть, — мне показалось и сказано было пренебрежительно?

Это имя мне ничего не говорило, а для данного анализа бесполезно, у Алексея Тимофеевича нет трудов, близких к артефакторике.

Спрашивать, как он связан с руничкой, не стала.

Два часа пролетели, но никто за мной не явился. Пошла к полке и взяла пару томов от других авторов. Начала читать. Первый явно сам писал, а вот второй, судя по стилю, использовал метод рунички или кто там законодатель так перерабатывать ворованное? Возникла идея открыть глаза общественности на такие выкрутасы. Поубавится вот таких, может, и нормальные открытия появятся.

Наконец-то пришёл посыльный, я сразу поняла, что он по мою душу. Мужчина в форме надзорных органов показался между стеллажами, дождался моей реакции на него и пошёл дальше. Нехитрая маскировка, словно он просто патрулирует, с учётом того, что я здесь ни разу не видела надзирателей.

Взяв пару книг для наглядности, отправилась к Рокотову в сопровождении Стеллы.

В приёмной нас встретила секретарь с круглыми глазами и пара крупных молодцев в форме. Я сразу пошла в кабинет, зав. кафедрой осталась в приёмной.

— Добрый день, Пётр Михайлович, — поздоровалась я, стараясь сохранять спокойствие.

— Здравствуйте, Анастасия. Надеюсь, срочность оправдана, — сказал бесцветно, но жёстко.

— Да. Алексей Тимофеевич Шустриц изобрёл магическую формулу, а заявивший об этом — убийца. Я могу доказать.

«Палач» кивнул, мол, продолжай.

— За пару дней до смерти профессор продемонстрировал мне готовый ключ, так мы решили окрестить магическую формулу, — Рокотов с Сотниковым переглянулись. А я поняла, что убийца был настолько глуп, что даже название наше взял. — Убийца скорей всего даже не подозревал, что кто-то ещё знает… верней убийцы. Ещё причастна женщина, и я более чем уверена, что это Виктория Юрьевна Афанасьева. Она на протяжении многих лет воровала идеи Алексея Тимофеевича, я могу доказать, — я хотела уже открыть книги.

— Это не доказывает, что они убийцы, — Пётр Михайлович не то чтобы был разочарован, но на гране.

— Убийца украл только то, что было на бумаге. Возможно, даже сотворил ключ визуально, чтобы доказать изобретение действующей формулы. Но он не мог украсть разработки, которые были у меня… — я постучала по голове и не удержавшись, вытянула руки и создала между ними ключ.

Мужчины замерли, и несколько секунд не сводили взгляда со светящейся сферы.