Хотя, как мне говорила наша вторая кассирша Аллочка, тут все зависит от навыков продаж — она там даже как-то умудрилась старые туфли свекрови продать по очень сходной цене. Сказала, что их ей подарила жена Хрущева и даже какую-то самопальную открытку с дарственной надписью приложила. Уж не знаю, врала Алка или нет, но за туфлями очередь выстроилась. Сдается мне, в ней умер великий продажник: она при должном подходе и козьи шарики по цене черной икры продать сможет.

По-прежнему тяжело кряхтя (вес у меня не маленький), я поднялась с колченогой шатающейся табуретки и вышла в зал. Может, опять девочки на кассе от скуки решили подшутить? Иногда орут: «Галя, отмена!», я выхожу, а они, заразы, хитро так улыбаются: «Все в порядке, мы пошутили. Просто имя у тебя такое, подходящее».

Нет, в этот раз не пошутили. На кассе стоял унылого вида прыщавый парень, по виду — лет двадцати пяти. В руках у него был телефон с включенной камерой, которым он торжествующе нацелился на меня. Все, как я и предполагала.

— Кефир, девушка, мне бесплатно Вы должны продать! — лучась улыбкой, протараторил он, обнажая идеально ровные белые зубы.

— Здравствуйте. За девушку спасибо. А с какой стати бесплатно, позвольте поинтересоваться? — осторожно осведомилась я.

— На нем ценника нет! — радостно выпалил парнишка. — Но я его взял и донес до кассы, поэтому — бесплатно!

«Чтоб тебя, зараза!» — пронеслось у меня в голове. Ну точно же, сегодня день смены ценников. Опять, видимо, не уследили. Уследишь, как же — их тут несколько тысяч.

— Да, пожалуйста, забирайте бесплатно, — кивнула я, в глубине души желая лишить парнишку его идеально ровных белых зубов. В конце концов, не обеднею я на семьдесят рублей. Да и приходится признать, что формально он прав: мы обязаны продать товар по той цене, которая на нем указана. Нет цены — значит, отдаем бесплатно. А еще это значит, что обедать завтра я буду на сотню с копейками. Потому что стоимость молока старший кассир, разумеется, должен отдать из своего кармана.

Видимо, зумер с хвостиком на голове и самокатом под мышкой ожидал скандала, потому что он как-то сразу затих, скуксился, молча взял бутылку с кассы и почапал на улицу. Эх, расстроился бедненький, что не залетит его видосик в тренды социальных сетей, не получит он миллионы лайков и миллиарды просмотров, а в очередь к нему не выстроятся рекламодатели.

— Это все? — поинтересовалась я у товарок. — Опять, что ли, с ценниками не успели?

— Да где ж тут, — вздохнула пожилая Клавдия Ильинична. — И так вчера домой в первом часу приехала. Ну сегодня задержусь.