демонстративно оттянул полу мантии, сквозь которую начала явственно просвечивать стена конюшни. — А мне кажется, что как раз пора. — Но вы ведь некромант. А барон говорил, что хороший мэтр не может по-настоящему умереть, пока живым остается хотя бы одно его творение. Я обескураженно замер. А потом до меня, что называется, дошло. Святые умертвия! Почему же я сам-то об этом не вспомнил?! Видимо, после смерти совсем мозги отшибло, или же барон так сильно меня ударил, что с памятью начало твориться демон знает что! У меня же целая стая горгулий осталась дома! Набор мощнейших артефактов, многие из которых привязаны ко мне кровью! Лиш, поклявшаяся мне жизнью! А теперь еще и целый выводок изрядно потрепанных «птенцов», которым я тоже отдал некую толику своих сил! Торопливо ощупав руки и туловище, я с облегчением наткнулся на обвивший мою талию целый пук полупрозрачных нитей, тянущихся куда-то вниз и надежно удерживающих мою душу в этом проклятом замке. Наскоро их подсчитал. Сокрушенно покачал головой, остро жалея, что душе без тела даже такая мощная привязка не поможет. А затем обернулся и с чувством сказал улыбающемуся мальчишке: — Спасибо, малыш. — Вам стоит поторопиться, господин, — неожиданно посерьезнел Вальт. — Ваше время почти закончилось. Я нахмурился, а он поднял руку и ткнул белесоватым пальцем мне в грудь. Прямо напротив сердца, где была натянута и уже начала мелко подрагивать от напряжения еще одна нить. Самая яркая, неожиданно мощная и насыщенно золотого цвета, который мог принадлежать только одному-единственному человеку. А точнее, светлому магу, который зачем-то… в этот самый момент… вознамерился меня к себе привязать. — Нич! — прошептал я, озаренный внезапной догадкой. — Старый паршивец… ты что же такое творишь?! Под моим окаменевшим взглядом мальчик виновато вздохнул и растаял. На этот раз — насовсем. А я приглушенно выругался, резко крутанулся вокруг своей оси. Потом ухватился за начавшую вибрировать нить и, пользуясь ей вместо маячка, со всех ног кинулся обратно в замок. Не нужны мне были дополнительные привязки. Да, я безумно люблю жизнь, но превращаться ни в нежить, ни в бессловесное привидение, ни в какую иную разновидность мертвеца не собирался. Если бы у меня было наготове новое тело и имелся под рукой опытный некромант с набором необходимых инструментов, еще можно было что-то придумать, несмотря на отсутствие источника и энергии смерти в нужном количестве. Но Нич… эмоционально неустойчивый, растерянный, да еще разобиженный на меня за безнадежно