остановилась. — Она сказала, что я буду следующей, — прошептала она, глядя на Элиаса глазами, в которых не осталось ничего от прежней Лины — только ужас, древний и тяжёлый, как камень. — Она сказала: *«У неё красивые глаза. Пусть они будут моими»*. Элиас обнял её, прижал к себе, закрывая от темноты, от голосов, от всего, что хотело её забрать. — Ты здесь, — повторял он, как заклинание. — Ты со мной. Ты жива. — Но я слышу их, — Лина уткнулась ему в плечо, и её тело била мелкая дрожь. — Я слышу, как они умирают. По очереди. Каждый день. Каждую ночь. Они кричат, а она смеётся. В этот момент Марк тихо выругался. Они все обернулись. Марк стоял, уставившись на свою тень. Та снова обогнала его — и теперь стояла у узкого прохода, будто приглашая войти. — Смотрите, — его голос дрожал. — Смотрите на это. Тень подняла руку. Не так, как поднял бы Марк. Не в испуге, не в попытке защититься. А как будто… указывая. Туда, в темноту. — Это не я, — прошептал Марк. — Я не поднимал руку. Элиас шагнул к нему, но Лина схватила его за рукав. — Не иди туда, — она задыхалась. — Это ловушка. Тень ведёт нас туда, где она ждёт. — А если это выход? — голос Марка сорвался на истерический смешок. — А если это единственный путь? — Это не выход, — Элиас сжал кулаки, чувствуя, как тьма царапает сознание, пытаясь подменить логику страхом. — Выход не приглашает. Он просто есть. Тень снова двинулась — плавно, бесшумно, как дым. И исчезла в проёме. За ней, в глубине, что-то щёлкнуло. Пол под ногами дрогнул. Из стен выдвинулись тонкие, острые пластины — не лезвия, а скорее иглы, длинные и изогнутые, как когти. Они не рубили — они *прокалывали*, проходя сквозь камень, будто он был не твёрдым, а податливым, как воск. — Назад! — крикнул Элиас, хватая Лину и оттаскивая её к стене. Иглы замерли в сантиметре от них. А затем начали медленно поворачиваться — как цветы к солнцу, только вместо солнца была тьма. Марк отскочил, споткнулся и упал. Его фонарь покатился по полу, выхватывая на секунду то кусок стены, то… фигуру. Не тень. Человека. Нет — *почти* человека. Существо стояло в проёме, где только что исчезла тень. Оно было высоким, неестественно прямым, а лицо его скрывала золотая маска — та самая, что была на Царице. Только теперь маска казалась живой: по её поверхности бежали тонкие чёрные прожилки, как вены, наполненные тьмой. — Сюда, — голос существа был негромким, но он проникал под кожу, обволакивал, заставлял ноги сами собой двигаться вперёд. — Вы устали. Вы хотите покоя. Лина снова закричала