Сидящий за пультом охранник гневно зыркнул на старика, стряхивающего капли с зонта прямо на новенький турникет, поставленный ночью.

— Люди? Какие люди? — Михалыч деланно повертел головой. — Ты что, людьми этих обсосов называешь? Еб***, ты нормальных людей этим оскорбил.

В ответ на это толпа, образовавшаяся за виновником пробки, стала возмущаться, также не стесняясь в выражениях.

Впрочем, кого-нибудь обидеть подобными высказываниями здесь было практически невозможно. На недавно открывшуюся мануфактуру владелец, молодой Корнеев Богдан Ярославович, набрал по большей части старых «бойцов», выгнанных из других предприятий за всякие мелкие грешки и обладающих прескверным характером.

На беду молодого начинающего предпринимателя все нормальные специалисты были крепко повязаны с другими родами, а воспитывать новые кадры Корнееву было некогда. Молодой граф сглупил, в споре с отцом заявив, что нет ничего сложного в том, чтобы урвать крохотный кусочек пирога, даже в той сфере, где давно всё было поделено. Было бы желание.

На что Корнеев-старший, считающий, что за свои слова отвечать нужно всегда, даже если они произнесены за семейным столом, тут же возвестил о своём решении. А именно дать сыну возможность проявить себя, коль тот настолько уверен в своих силах.

По итогу два месяца назад Корнееву были вручён стартовый капитал и надёжный, пусть и малоопытный помощник, после чего графский сын был отправлен в свободное плавание. Правда, при условии, что раз в месяц отец будет являться на предприятие и следить за успехами сына.

Вот как раз сегодня и должна была случиться очередная проверка. И именно поэтому работяги были вызваны гораздо раньше обычного. Что само собой не прибавило им хорошего расположения духа, и обстановка внутри небольшого заводика стремительно накалялась.

— Голову бы оторвал тому идиоту, который придумал в такую рань вызывать, — наконец, преодолев турникет, Михалыч отправился в сторону раздевалки. — Это ж надо было догадаться, дебилы, б****! Наверняка этот мелкий пиз*** придумал…

— Варежку прикрыл и на скамейку упал, долбодятел, — прошипел на мужчину стоящий в дверях раздевалки начальник смены. После чего, подтолкнув Михалыча, принялся махать руками, подгоняя бредущих следом. — Быстрее давайте, скоро начальство явится. Мудоящеры…

Кого именно имел в виду начальник смены: их или руководство, работяги уточнять не стали. Старшой был единственным существом, кого старики хоть как-то уважали и боялись на заводе.

Так что быстренько расселись и, тихо переругиваясь между собой, при этом не забывая делиться свежими новостями, стали дожидаться прихода начальства. Которое не заставило себя долго ждать.