— И всё же их нет… — страдальчески кряхтя, Борис поднялся на ноги, схватил стакан и героическим усилием воли опрокинул его содержимое в рот. Правда, всё же умудрившись пролить часть алкоголя на пижаму, и так воняющую выпивкой.

— Какое же ты животное… — обречённо пробормотал старший Серебряков. — Как только всё это дерьмо закончится, отправлю тебя в лечебницу. Может, хоть там из тебя человека сделают.

— Да пошёл ты! — неожиданно крикнул на брата Борис и бросил в того стакан. Правда, очередная порция алкоголя подвела мужчину, и хрустальная ёмкость попала не в цель, а в закрытое окно. Последние дни братья предпочитали не открывать его, даже если было жарко.

Раздался звон битого стекла, но никто из Серебряковых на это не обратил внимания. Младший потому, что был пьян, а старший удивлён реакцией брата.

— Это всё твоя вина! И твоей жадности! — покачиваясь и с трудом сохраняя равновесие, произнёс Борис. — Я тебе сразу сказал, что лезть на Антоновых — глупая идея! Да, пусть они сами вроде и затихли, но вот этот Серов… сука… со своими проклятиями. Посмотри! Посмотри, что он со мной сделал!

Борис трясущимися руками дёрнул за шнурок и стянул брюки до самого низа.

— Смотри!

Само собой, смотреть на сморщенное и покрывшееся нарывами «хозяйство» брата Виталий не стал. У него оно само было в таком же состоянии. Если не хуже.

Проклятие, наложенное Серовым, не просто уменьшало «прибор» и вызывало зуд и жжение. Основная проблема была в том, что стоило проклятому начать возбуждаться, как проклятие усиливалось.

И если тот же Борис мог сидеть дома, то Виталий был вынужден посещать множество мест по работе. А деловые партнёры, прекрасно зная падкость Серебрякова на женщин, без красивых секретарш на встречи и не приходили. Вот и приходилось старшему глотать всякую дрянь как не в себя, чтобы хоть как-то заглушить влечение. Что ещё больше подрывало его психологическое состояние.

— Если ты сейчас штаны не наденешь, я тебе твоё «имущество» отрежу вот этим ножом, — Серебряков-старший продемонстрировал канцелярский нож, взятый со стола.

И даже двинулся в сторону брата, будто действительно намеревался привести угрозу в исполнение. Однако не успел, лежащий на столе телефон разразился трелью.

— Господин, мы обнаружили у забора в кустах какого-то человека в чёрной униформе, — раздался в трубке неуверенный голос одного из охранников.

— Слава богам, всё-таки явился, — выдохнул Виталий, взглядом показывая брату, чтобы тот хотя бы штаны натянул обратно. — Проводите его ко мне в кабинет. Он один?

— Э-э-э, да… Вот только, насчёт кабинета я не уверен…