— К сожалению, этого мы уже не узнаем, — невозмутимо произнёс Петров, внимательно следя за тем, как слуга расставляет передо мной принесённое. — Причём по вине работника Чигерёвых. Не скинь он бедного Андрея Алексеевича, с произошедшим тогда было бы проще разобраться.

— Согласен. Как проще было бы, не пропади охранник барона, — стоило только слуге отойти от стола и направиться к выходу, как я вооружился ложкой и принялся проводить дегустацию. Уж что, что, а сладкое я всегда любил. — Кстати, ничего о его судьбе не слышно? С момента допроса мне следователь так и не звонил больше. А сам я как-то не удосужился.

— Нет, по поводу Куликова ничего не слышно. Однако полиция предполагает, что к его пропаже могут быть причастны родственники тех, кто тогда погиб на плоту, — пожал плечами граф. — Сами знаете, какую только ерунду не несут люди, стремясь обвинить хоть кого-то, чтобы объяснить глупость своих близких.

Ну да, ну да… Особенно если им подсказать это сделать. Конечно, есть вероятность, что Огонёк жив и просто прячется где-то, однако я делал ставку на то, что его прикопали в первый же день по приказу Петрова. Чтобы лишнего не болтал.

Конечно, делал Петров это не самолично, и даже не его люди. Я бы больше подозревал родню самого Кулагина, о котором за последние недели и слышно-то не было. Видимо, подтёрли хвосты да затихли, стараясь лишний раз не привлекать к себе внимания.

— И всё же, Пётр Николаевич, зачем вы меня пригласили? — поняв, что молчание затягивается, а чай, как и варенье, стремительно начинают подходить концу, задал я прямой вопрос. — И не надо вновь пространных разговоров о выгоде и справедливости, идущих рука об руку.

— Хорошо, не буду. Тем более вам этого, видимо, пока не понять, — с грустью улыбнулся Петров. — В общем, Максим Витальевич, мне известно, что вы связывались с Чигерёвым Марком Викторовичем… Нет, не нужно спрашивать, как, я вам всё равно не расскажу. Сами должны понимать, секреты и всё такое…

Хм, а вот это уже интересно. То, что о моих контактах с Чигерёвыми рано или поздно узнают, я предполагал. Хотя больше рассчитывал на «поздно». Однако сейчас меня больше интересовало не как, а что именно знает сидящий напротив меня граф…

— Не переживайте по этому поводу, Максим Витальевич. Вы же не думали, учитывая, что именно стоит на кону, все будут лишь расшаркиваться друг перед другом в ожидании суда, — тепло улыбнулся граф. — Вы, кстати, не единственный, кто решил самостоятельно взыскать ущерб с Чигерёвых и связался с ними. Однако последний, с кем я ещё не разговаривал.