Споро отсчитав пять медяков, рыбак наткнулся на меня взглядом, поморщился и добавил еще пять. Вручил «хозяину кобылы», попрощался и замер у крыльца. Видимо, система была прекрасно отлажена, потому что толстяк вытащил увесистый мешок, вручил страждущему и ушел обратно, не забыв похлопать по плечу.

— Наверное, важный человек господин Габен.

— Полезный. Старший писарь, через него можно о налогах договориться, редкие товары со скидкой закупить и всякое разное.

— А сиротами у него кто выступает?

— Ты нас совсем за нелюдь не считай, бродяга. Приют у нас рядом с портом. Оттуда юнг набирают. Рыбу на лед, завтра с утра на рынке аукцион устроят. Деньги вырученные детям уйдут.

Блин. Если он говорит правду, то Конфа чуть-чуть лучше родного дома. У нас до приюта обычно ничего не доходит.

— Извини. Слишком редко я вижу, чтобы люди не паскудились, а о слабых заботились.

— Бывает… Пойдем, перекусим, чай попьем. И я потом домой пойду, когда стража сменяться будет.

— Неужели шалят вечерами?

— Крайне редко. Душегубов давно повывели. Но к вечеру ближе матросы начнут праздновать, поэтому запросто можно в ближайших кварталах на оплеуху нарваться. А меня — дома ждут.

После чая я услышала окончание истории. И особо порадовать Идуда меня ничем не смог.

— На север пойдешь, там будут холмы. За час можно добраться. Между них — старая якорная стоянка. Теперь там никого не бывает, даже пирс разобрали. На берегу ветром промоину сделало. Не пещера, а так, камень сбоку выкрошило, вроде козырька получилось. У меня был уговор. Если люди захотят с хранителем поговорить, я там две вертикальных черты оставлю. Если мне что-то не понравится — то крест. Я крест выцарапал. И потом еще каждый третий день месяца заходил, как договаривались. Но больше незнакомку не видел.

— Ты сообщил, что сделка сорвалась. Хранитель наверняка сигнал заметила и решила больше здесь не мелькать. Вдруг хвост за собой притащил. Понятно. Можешь ее описать подробнее?

Увы, как не морщил лоб, деталей вспомнить не смог. Носила молодая женщина полупрозрачную чадру, за которым лицо особо не разглядишь. Остальное — бледная, глаза узкие, волосы черные, прибранные под цветной платок. Одежда явно с местных рядов, в Городе многие похоже одеваются. Никаких украшений или отметин. Пустышка, одним словом.

— Спасибо, Идуда. Если не трудно, подскажи, с кем из родных в Песках связаться можно. Может, они что видели или знают? Ведь тебя именно туда послали с весточкой…

Стражу ждать не стала, до «Абордажника» добралась самостоятельно. Похоже, успела самый разгар веселья в припортовых кварталах проскочить. Пьяные песни уже было слышно, но по улицам толпы бравых ребят не рассекали. Заодно оценила, насколько мне повезло с выбранным местом проживания. Тихо, спокойно. Горожане по делам идут. Пары семейные с детьми куда-то спешат. Идиллия.