за тонкую рейку, закрепленную над балконом, и осторожно - теперь уже осторожно - продолжил свой путь к окну. Внешне он был спокоен и, наверное, даже рад этой короткой прогулке над пропастью в двадцать один метр.Зато я, как всегда наблюдая за ловко передвигающимся на высоте Данилой, вдруг почувствовала себя маленькой девочкой, впервые попавшей на выступление канатоходцев. И пусть это, разумеется, было не в первый раз (ибо мое наблюдение за Даном стало уже привычкой), я с замиранием сердца проследила за тем, как парень с легкостью преодолел последние сантиметры, отделяющие его от спальни.Ну, вот и все... Представление завершено.Данила легко подтянулся, поджал свои длинные ноги и через мгновение буквально нырнул в широкий проем окна. Створки хлопнули, щелкнуло запирающее устройство, и все, наконец, затихло.Никаких романтичных ахов-вздохов, никаких грустных взглядов и никаких 'пока', которые донес бы до меня осенний ветер. Все та же пустая сентябрьская ночь с тусклыми фонарями. И все то же ощущение одиночества, из-за которого совершенно пропало желание ложиться спать.

3

3

- Кстати, а ты на днях говорила с Данилой?Лекция по высшей математике была в самом разгаре. И вопрос о Даниле, заданный моей подругой таким загадочным тоном, меня тут же насторожил. Всего пару минут назад мы с Лесли обсуждали последние обновления на самиздате, так что ее неожиданный интерес к моему общению с 'Даней' был поводом для беспокойства.- Он на прошлой неделе заглядывал ко мне домой, - ответила, вслушиваясь в объяснения преподавателя и пытаясь перечертить какую-то странную схему в тетрадь.- Опять по балконам? - предположила подруга, так же как и я, отвлекшись на пару мгновений от формул, одна за другой появляющихся на доске. - И как вы вообще пообщались?- Вообще? Никак... - я пожала плечами и продолжила делать пометки.- Что значит 'никак'?- Ну, как обычно, - призналась со вздохом и выдала короткую версию событий той памятной ночи. - Дан постучался, я открыла, он попросил сигареты, потом покурил и убежал к себе.- Ну-ну, - Лесли задумчиво взглянула на меня из-под пушистой челки. - Он улетел, но обещал вернуться...- Нет, не обещал, - я решила внести ясность, чтобы подруга не сделала какой-нибудь неожиданный вывод. - Он ничего мне не обещал.Лесли никак не прокомментировала мое заявление, нахмурилась и вновь погрузилась в многообразие формул. Нудным голосом препод все продолжал рассказывать об интегралах, и конца и края этой вселенской пытке не наблюдалось.- А мне Артем прислал на днях смс, - через десять минут вдруг сообщила Лесли.Я повернулась к подруге, чтобы увидеть крохотную улыбку у нее на губах.- И что он тебе написал? - спросила, уже догадавшись, что заставило девушку так покраснеть.- Он пригласил нас на день рождение группы, - тихо призналась Лесли, а после взглянула вдруг на меня, - Дан тебе разве не говорил?Ах, вот в чем дело...Я-то почти поверила, что надежды подруги сбылись, и Артем, барабанщик Diabolic Flow, наконец, обратил на нее внимание.Но если речь о том сообщении, что прислал мне Данила позавчера, то я умываю руки. Моя улыбка почти моментально потухла, я поморщилась и отвернулась от Лесли.- И что это значит? - чуть раздраженно поинтересовалась она через мгновение.Пришлось объясняться.- Дан тоже прислал мне смс. Но они планируют отмечать в особняке у Елисея. Так что приглашения Данилы и твоего Артема, вряд ли, имеют силу.- Ну, почему?! - возмущенно воскликнула Лесли, явно рассчитывая совсем на другой ответ.- Звягинцева, Соловьева! - Виталий Петрович неожиданно стукнул по парте и грозно уставился на Лесли и на меня. -Если вам так не терпится поговорить, вы можете продолжить ваш разговор за дверью! Так, что? Вы идете?Лесли испуганно уставилась на преподавателя и даже не сделала попытки ему ответить.- Да... То есть нет... Извините, Виталий Петрович. Мы больше не помешаем, - я рискнула откликнуться первой и получила еще один недовольный взгляд от Боровицкого.- А вам, Софья, я бы посоветовал на будущее не отвлекать подругу. В отличие от вас, у нее не такая прекрасная подготовка. И оценка за последнюю работу - неуд.Кто-то из однокурсников чуть слышно хмыкнул, а Лесли расстроенно уставилась в свою тетрадь. Виталий Петрович, довольный произведенным эффектом, хмуро вернулся к прерванным объяснениям.Естественно, до конца лекции мы с Лесли молчали и вели себя очень тихо.