На пятнадцатый день, вечером, загрузили первую партию в автоклав. Развели огонь. Все собрались вокруг, молча, напряженно.
Два часа стерилизации. Потом остывание.
Ермолай достал банку, открыл. Понюхал. Попробовал пальцем, потом языком. Лицо его расплылось в улыбке — Мужики... работает. Рыбка как надо. Храниться будет.
Все выдохнули. Кто-то засмеялся, кто-то хлопнул соседа по плечу. Егорыч вытер пот со лба, оставляя черную полосу, и коротко усмехнулся — Не зря съездили.
На прощание Ермолай устроил пир. Столы ломились от угощения: свежая рыба, козлятина, овощи, ягоды. Местный самогон.
— Спасибо вам, братцы, — говорил Ермолай, поднимая кружку. — Вы нам жизнь дали.
— Мы вместе теперь, — ответил Егорыч. — Долина и Заречный. У нас уголь, железо, лес. У вас - рыба, огороды, завод. Если объединимся ни одна зима не страшна.
— Договорились, — кивнул Ермолай. — Будем соседями. Настоящими.
Илья сидел в стороне, но тоже улыбался. Думал о Кате, о Софии, о том, что дома его ждут. Завтра в путь. Через пару дней он обнимет их и расскажет, что мир снова стал чуточку больше и добрее.
***
Вернувшись в Гореловку, мастера докладывали Совету. Слушали их, затаив дыхание.
— Закаточные машинки работают, — говорил «Профессор». — Автоклав запустили. Зареченцы уже сделали первую партию рыбы. Условились - мы им уголь, железо, помощь в ремонте. Они нам консервы, рыбу, овощи. И, если получится, позже скот.
— Это прорыв, — сказал Сергей Петрович. — Консервы - это стратегический запас. Теперь мы не зависим только от свежего и соленого.
Катя слушала, прижимая к себе Софию. Рядом сидел Илья, усталый, но довольный. Старый Рыжан дремал у печки, окруженный внуками.
Мир рос. С каждым годом, с каждой новой встречей, с каждой восстановленной машиной. И первый ребенок нового мира, маленькая София, росла вместе с ним. Ей предстояло жить в мире, который ее родители строили по кирпичику — из угля, железа, дерева, рыбы и человеческой воли.
За окном догорал июньский закат. Жизнь продолжалась. И она была хороша.
Ровно год прошел с того дня, как мастера из Волчьего вернулись из Заречного с вестью: консервный завод ожил. Год, наполненный работой, обменами, новыми дорогами и новой жизнью.
За этот год треугольник, образованный тремя поселками - Гореловкой, Волчьим и Заречным, превратился в единый организм. Дороги связали их в плотную сеть: от Гореловки до Волчьего - накатанная трасса, от Волчьего до Заречного пробили новую, через перевал, с двумя мостами через горные реки. Теперь грузовики ходили регулярно, возили уголь, лес, железо, инструмент в одну сторону, а обратно консервы, рыбу, овощи, шкуры.