— Прежде чем что-либо поясню, — не поддаваясь на провокацию и не склоняясь из принципа под давлением, заупрямился я, — хочу знать, что же всё-таки произошло со статуей. Её Отрицатели разрушили?

Грейсон опять вставил в рот зубочистку, покрутил и, оторвав от меня сверлящий взгляд, стал что-то искать в планшете. И пока он был занят, Шен всё пояснил.

— В один из дней, кажется, сразу после битвы с траваноидами, что-то произошло. Мы сами не поняли что. Ни налёта обезумевших сектантов, ни обстрела, ничего криминального не было. Просто пошла волна землетрясений. Но не как обычно. То есть, никакой сейсмической активности не должно было быть, после приезжала комиссия, и они подтвердили, что не знают, как так вышло. Но мы же Герои. Мы всегда чувствуем, где аномалии, а где природные явления. Опыт какой-никакой уже есть. И это было сродни им. Что-то неестественное, вызванное нарушением равновесия.

— Сначала треснула капсула, в которой раньше хранился медальон, — дополнила Агата. — Потом пошла трещина по телу, начал лопаться каркас. Будто статуя сопротивлялась какому-то воздействию, но не могла устоять. И в итоге корпус лопнул, был жуткий грохот. Хорошо, с площади и окрестностей успели вывести студентов. Пусть мы и Герои…

— Но мы смертны, — добавила Ляся.

— Когда статую было уже не спасти, — Агата говорила буднично, но грустно, — осколки, обломки, части арматуры и прочие радости вывезли ремонтные бригады. Несколько фонтанов, бордюров и дорожки уже восстановили, но грохот стоял жутки, и разращения внушительные.

— А где твой медальон, Рэй? — спросила вдруг внимательная Ляся.

Я похлопал себя в область груди, где привык ощущать тяжесть реликвии.

— Потерял… — признался, хоть и стыдно было сознаваться в таком.

Ляся ахнула, но осуждать не стала, хотя лёгкие нотки разочарования во взгляде прослеживались.

— Видимо, те, кто напал на нас, прихватили медальон. Что они с ним делают…

— Знают лишь Небеса, — дополнила Линн меланхолично.

— Возможно, поэтому статуя и рассыпалась, Рэй, — обеспокоенно предположил Шен. — С такими вещами не шутят. Бабуленька мне даже дедушкины часы велела беречь. Память предков и их покровительство — важная вещь. А тут вообще — наследие Великого Воина, причём ещё и значимый артефакт. — Он покачал головой. — Надо придумать, как найти и вернуть.

— Вернём, — заверил я. — Обязательно.

— Нашёл! — заявил Грейсон и будто в прыжке переместился ближе на метр, оказываясь в центре внимания, и сунул мне планшет. — А эти фото были сделаны в другом районе города, куда стеклись репортёры, пытавшиеся хоть что-то разузнать о том, как мы боремся с траваноидами. И она попала в кадр. И не одна.