Встала с кровати, посмотрела на неё и с удивлением обнаружила, что от пепла не осталось и следа. Неужели я так крепко спала, что даже не почувствовала, как перестелили постель? Хотя это же магический мир, может дракон с помощью магии убрал следы своего преступления.
Магия. Она одновременно прекрасна и ужасна. Наверное, я никогда не смогу привыкнуть к ней до конца. Покачала головой и пошла в ванную.
Из зеркала на меня смотрела заплаканная, с покрасневшими глазами и бледным лицом девушка. Но никаких разводов на щеках от пепла. И руки тоже были чистыми. А я точно помнила, как этими пальцами растирала тёмно-серый пепел вперемешку со своими слезами. Ну не мог же он ещё и умыть меня, пока спала! Или мог?
— Да нет, невозможно, — мотнула головой и полезла в ванну.
Мылась я долго. И чтобы успокоиться, и просто не хотелось выходить. Я не знала, как вести себя с Логаном. Он очень сильно обидел меня, но имею ли я право предъявлять претензии? С одной стороны, я живу в его замке и полностью зависима от него. Но с другой — свитки были моим шансом разобраться в истории с первородными. А это уже напрямую касается моей собственной жизни.
Какая-то странная забота получается. Уничтожил то, что может мне помочь, чтобы защитить? Это как отказаться от прививки, чтобы не чувствовать недомогания, но рисковать потом серьёзно заболеть. Да, может повезёт и всё обойдётся. Но может ведь и не повезти!
Ванную покинула со стойким ощущением, что попала в ловушку. Причём непонятно — Логан угодил в неё вместе со мной или сам эту ловушку и построил. Может он узнал что-то о первородных и не хочет мне рассказывать? Ну глупо же уничтожать единственный источник информации!
Наверное, нужно поговорить с ним об этом. Попытаться понять, почему он так поступил. Или я просто ищу ему оправдание, потому что влюбилась? Как же непросто понять того, чьё существование ещё месяц назад казалось в принципе невозможным. Он же дракон! Да ещё и мужчина. Причём второе в какой-то степени даже сложнее первого.
Стоило только выйти в коридор, как за спиной тут же прозвучал звонкий голосок.
— Доброе утро! — воскликнула Лати, которая тоже как раз выходила из своей комнаты.
Тут же навалились воспоминания о её вопросе. Я так и не поговорила с Логаном об этом. Надеюсь, малышка хотя бы на время забудет о своём желании называть меня мамой.
Латиша подбежала и от всей огромной детской души обняла меня, прижавшись к бедру. Маленькие ручки вцепились в подол платья, а огромные прекрасные глаза смотрели снизу вверх с такой доверчивостью, что я почувствовала себя обманщицей и воровкой. Она ведь уже считает меня мамой. Да и я люблю её, наверное, именно так, как мать любит желанного ребёнка.