Так, Фридера и Кристину зарядил идеей, а то Хайди слишком застенчива, чтобы что-то пробивать или организовывать, а Мартина — это Мартина. Она провернет всё что угодно, но у неё сосредоточенности на одной задаче, отродясь не бывало. А Рони, хоть и мелкий, но ест за двух больших, его проще пристрелить, чем прокормить.

Подойдя к двери девушек, постучался и проговорил.

— Девушки, к вам можно? Я постою в коридоре, пока вы будете готовы.

И через пару минуток двери открыли изнутри и Мартина сказала.

— А, это ты? Заходи, а то мы ньедавно пришли с занятий и легли, отдыхать.

— Да я бы не стал отрывать — от такого святого дела, но надо по статье поработать. Там я читал, и кое-что поправил. А теперь надо с вами уточнить.

— Заходи, пожьалуйста! Мы готовы, принимать гостей.

Она посмотрела в комнату и открыла широко дверь. А я зашел и поздоровался.

— Добрый день, Хайди. Я вас по статье немного побеспокою, там есть правки. Надо ваше одобрение и может что-то еще переписать?

Хайди только кивнула, и поспешила сесть за стол, чтобы были меньше видны ножки из под халатика. Да, парочка из них получилась еще та. Беленькая и худенькая Хайди, очень стеснительная, что порой за встречу и слова от неё не услышишь, и веселая и разбитная Мартина — плотненькая, прочно стоящая на земле, и болтушка, с которой можно потрепаться и поржать. По типу — она очень напоминает актрису Рене Зеллвегер[28] в юности.

Я прошел и присел к столу, а Мартина села к столу между нами. И мы приступили к работе. Долго и упорно правили статью, добиваясь правильного соответствия текущему моменту в политике. Подправив все шероховатости, и прочитав статью еще раз, решили, что все пойдет, и начали трёп. При этом он протекал в обоюдном порядке, между мной и Мартиной, а Хайди, как обычно, вносила свою долю — внимательно слушая. Я поинтересовался.

— А что интересного делается в ГДР, как там сейчас живётся? Что интересного в молодежных кругах? Как там, нормализация отношений с ФРГ, не началась ли при новом руководстве?

— Да все нормально, Володья. Мы стали немного проще общаться, и меньше запретов. Мы иногда общаемся в неформальной обстановке.

— И как, многие у вас хипуют?

— Что, не поняла?

— А, примкнули к движению хипстеров и борются за мир, через секс, наркотики и рок-н-ролл?

— А теперь понятно, да многие. Недавно девушки собрались и в протесте пошли к реке, а там побросали трусики в воду.

Я привыкший и не к таким, а более диким проявлениям протеста даже не прыснул, а серьезно произнес.

— А рыба вверх дном не повсплывала? От экологического терроризма.