Король встал и прошёл к окну. Во дворе менялась служебная повозка с ящиком документов; двое писцов ругались с возчиком, доказывая, что казённые бумаги нельзя ставить рядом с мешком угля. Логрис некоторое время смотрел на них с почти задумчивой завистью, словно спор о мешке угля был редкой роскошью понятной государственной проблемы.

— Что вы предлагаете?

— Пока не трогать Ларнас напрямую. Сначала найти шардальскую точку связи. Нолан должен был с кем-то общаться до поездки и после возвращения. Приглашение не могло возникнуть само. Билеты кто-то купил, табель кто-то прикрыл, гостиница получила указание принять его не как паломника, а как важного гостя. Я хочу проверить шардальские храмы, но не обысками а внешним окружением. Счета, переписка, курьеры, благотворительные переводы, реставрационные закупки, списки иностранных служителей. Если внутри храмов есть связная группа, она проявится на рутине. Шпионаж часто прячется в самых скучных бумагах, потому что никто не хочет читать их внимательно.

— Настоятели?

— Большинство, скорее всего, ничего не знает. И лучше, чтобы так и оказалось. Нам нужен не конфликт с Церковью Всех Богов, а несколько людей, использовавших храмовые каналы для работы на иностранный центр. Если ударить широко, мы сами дадим Ларнасу возможность объявить всё дело гонением.

— А если виновны не несколько людей?

— Тогда нам понадобится доказательство, от которого не смогут отмахнуться даже благочестивые идиоты.

Логрис повернулся.

— Вы всё ещё надеетесь на благочестивых умных?

— Я их видел. Они встречаются. Просто редко занимают места, откуда слышно громче всего.

Король усмехнулся краем рта.

— Что по Ардору?

Талис ожидал этот вопрос и всё равно не любил его.

— Его нужно предупредить точнее, чем раньше. Не только о том, что Орден интересовался людьми, способными выдерживать высокую эфирную нагрузку. Теперь надо сказать, что церковный след может придать охоте за ним другой смысл. Его могут попытаться объявить знаком, доказательством, избранным проводником, живым подтверждением древних текстов. Прямое похищение после Гиллара слишком рискованно, но фанатики нередко повторяют неудачный ход сразу. Они также могут попробовать прийти через просьбу, чужую беду, подложное пророчество, давление на женщин, храмовый авторитет или ложное спасение другого человека.

— Давление на женщин? — голос короля стал суше.

— Альда, Лиара и Эльга слишком близко к нему, чтобы Ларнас этого не заметил. Кроме того, каждая из них представляет отдельную силу: деньги и деловую сеть, рабочие и благотворительные связи, королевский дом и саму возможность союза между Ардором и династией. Если Ардора нельзя взять за горло, можно попытаться взять за совесть.