Я моментально оказался на ногах, но глаза разлепил с трудом. Подошёл, приоткрыл дверь.

Конечно же, это был довольный как слон, Дима Самарин! Уже с вещевым мешком, одетый и готовый к отправке на железнодорожный вокзал.

— Доброе утро! Вы чего, ещё не встали?

— Чудище ты Батайское! — пробурчал я. — Пять сорок пять на часах! Ты сам-то хоть выспался?

— А то! А ещё я уже и выключатель починил!

— Угу… А где Наташа?

— Спит. Ей-то никуда ехать не надо. А у нас электричка в семь десять!

— Ты чего такой довольный? — с подозрением спросил я.

— Не знаю. Просто настроение хорошее. Мы с Наташей общий язык вчера нашли, долго болтали.

— И все?

— Я у нее номер телефона взял.

Я облегчённо выдохнул. Ну, это хорошо.

— Жди, мы скоро!

Я закрыл дверь и вернулся к дивану. Само собой, в пять сорок было ещё темно. Как там Самарин чинил выключатель, было не ясно. Скорее всего, воспользовался фонариком.

Лена скромно обмоталась одеялом, вылезать не торопилась.

— Солнце? — я постучал пальцами по часам.

— Ага… Отвернись, хоть оденусь. А я то стесняюсь.

Я улыбнулся, но просьбу выполнил. Отвернулся, сзади тут же раздался шорох.

Ох уж эти женщины со своими уникальными причудами могут довести до «Кондрата». Ну вот чего я там не видел? Я же не сосед, который внезапно за солью пришел. Мы только что ночь вместе провели. Тут как бы и полумрак, ничего особо и не видно. Ай, ладно. Меня попросили, я выполнил.

Вообще, у женщин много всяких непонятных моментов в поведении. Ну, вот например… Почему в нижнем белье ее никто кроме парня, подруги, мужа или кота видеть не может, а в купальнике — да кто угодно, пожалуйста. Ну, тоже самое же… А нет! Кто б мне это объяснил.

Мы быстро оделись, привели комнату в порядок. Похватали вещи и покинули комнату.

Лена поначалу смущалась, но потом это быстро выветрилось. Общагу мы покинули ровно в шесть десять. Успели на автобус — благо, железнодорожный вокзал «Краснодар — 1» находился не так уж и далеко от общежития. В шесть тридцать попали к кассам, взяли билеты. Без десяти уже стояли на перроне.

Стоит отметить, что только-только начинало светать. Повсюду царил полумрак, нарушаемый только многочисленными прожекторами и лампами на фонарных столбах.

Когда вдалеке раздался знакомый гудок электропоезда, я невольно вспомнил, как во время нашей последней операции, в Дамаске к железнодорожному вокзалу тоже подходил поезд. Только там был тепловоз красного цвета.

Снова вспомнил про Кэпа. Как только будет возможность, нужно позвонить ему и доложиться о нашем прибытии — вдруг есть важная новость, а мы в полной недосягаемости, да еще и хрен знает где?