Урду смотрел на меня с холодным любопытством, будто видел меня в первый раз. Он прекрасно меня узнал. В его глазах не было ни капли удивления или стыда. Лишь спокойное, почти профессиональное признание. Вот же выкормыш собачий!
Джон Вильямс медленно обвёл взглядом всю сцену: охранников, своего коллегу с разбитым носом, труп снайпера, меня и Кикотя, стоящих плечом к плечу. Раненую снайпершу. Его лицо ничего не выражало.
— Капитан, — он лениво обратился к инструктору, — Вы потеряли контроль. Уберите оружие!
Американец заколебался, ярость всё ещё клокотала в нём.
— Я отдал вам приказ. Русский солдат сделал то, на что был обучен, — повысил голос Вильямс. — В отличие от «гостей». Этот разведчик представляет для нас куда больший интерес, чем вы можете себе представить… Громов, нам есть что обсудить, не так ли?
Глава 6 Холодный расчет
Напряжение в ущелье достигло пика. Дождь уже прекратился, однако мрачные тучи словно зависли над ущельем.
Стволы автоматов охраны, дрожащие от нервного напряжения, были направлены на нас. Было очевидно, что Вильямс тут старший и все подчиняются именно ему. Инструктор же, в звании капитана, это так, всего лишь помощник.
Мы находились в незавидном положении.
Перебить всех противников просто не успеем, максимум четверых, да и то, если сильно повезет. А их тут восемь и как минимум двое хорошей подготовкой. Один уж точно. Нет, силой мы тут ничего не решим, никакого везения не хватит. Значит, придется импровизировать. Очень грамотно импровизировать.
Пока я спешно анализировал накалившуюся до предела обстановку, Виктор Викторович продолжал держать ствол винтовки у виска обезвреженной снайперши. Он стоял в полушаге от нее, весь напряженный и хмурый. Все хорошо понимали, что если ситуация выйдет из-под контроля, именно ее жизнь будет первой. А это плохо.
— Поговорить? Возможно! — едва заметно кивнул я, спокойно глядя на Джона. — Только место не самое удачное.
Джон Вильямс, тоже невозмутимый и холодный, совсем не удивился моим словам. Он сделал пару шагов вперед.
— Громов, — его голос был ровным и выдержанным. Интересно, как же прошли те полгода, что он провел за стенами нашего КГБ. Что ему довелось там пережить? По его внешнему виду и не скажешь, что совсем недавно его содержали в жёстких морально-психологических условиях Лубянки. — Ты уже всем доказал, что не просто «кукла». Ума не приложу, как ты вообще сюда попал…
— Судьба — штука капризная.
— Это верно. Я случайно увидел твой бой с сержантом Джонсоном и пытался понять, как же мне действовать. Не каждый день в моем лагере можно встретить такого человека. Первая мысль — пристрелить. Но почему-то мне кажется, что это неправильно. Смешная и напряжённая ситуация сложилась, а просто устранить такую фигуру как ты, было бы не разумно. Ты мой враг, но враг, которого я уважаю. А что ты из себя представляешь как боец, для меня не секрет. У нас с тобой много чего было, верно?