Я покачал головой.
– Извини, Зиг, но есть вещи, которые я не хочу обсуждать. Мы можем остаться здесь. Стрясти с Мазая кучу денег, а после построить собственный форт, но всегда будут те, кому наше благополучие будет как кость в горле, и они будут бить именно по близким. Я не хочу, чтобы мой сын снова стал пешкой в чужой игре. Потому проще уйти во внешний мир и затеряться там. Подальше от тварей и жадных торговцев, для которых ребёнок – это лишь инструмент.
– Зря ты так, – экс обиженно поджал губы. – Я ведь хотел как лучше.
– Знаю, но поверь, когда придёт время выбирать, я последую за ней.
– Может, ты и прав, – Зиг тяжело вздохнул. – То, что лежит в этом проклятом чемоданчике, не просто камень, это твоё будущее. Смотри, не продешеви. Мороз, Лягушатник, Фаберже, Триада, ты можешь и сам не заметить, как тебя разорвут на части. Пора бы уже выбрать сторону. Тот, кто завладеет камнем, будет диктовать свои условия всем остальным. А что будет, если одновременно все узнают, где он находится?
– Думаю, будет знатная свалка, где каждый будет тянуть одеяло на себя.
– Стоп, так вот что ты затеял. Ты хочешь свести всех в одном месте, а сам планируешь стоять в стороне и ждать, пока они поубивают друг друга. Штуцер, ну ты и голова! – восхищённо протянул экс. – Только как ты планируешь всё это провернуть? Им же потребуется куча времени, чтобы узнать, где мы находимся.
– Думаю, что не позднее завтрашней ночи все заинтересованные будут знать, где находится камень, – я похлопал по лежащему на сиденье чемоданчику. – Нам же останется лишь прихлопнуть тех, кто выйдет из этой схватки победителями. Если и уходить из Мешка, то громко хлопнув дверью.
Глава 39
До Пекина мы добрались поздним вечером. Зиг, как и планировали, вышел в сторону форта сразу после заката.
Мы с девушкой выждали сорок минут и направились за ним следом. По нашим прикидкам, этого времени эксу хватило бы с запасом, чтобы добраться до ворот и передать привет нужному нам человеку.
Пригород форта Триады не слишком радовал своим видом. Ещё на подходе к этому месту я учуял нестерпимую вонь. Пришлось повязать поверх лица арафатку. Помогало это слабо, но Гадюка через несколько минут тоже последовала моему примеру. Мы с девушкой вручили охранявшим проезд дружинникам по паре камней и прошли через КПП.
Шанхай, вопреки своему названию, оказался унылым, грязным и убогим местом. Под ногами хлюпала раскисшая земля, вдоль фундаментов бегали полчища крыс. Спешащие куда-то торговцы криками и ударами подгоняли нерадивых грузчиков, которые тащили огромные тюки в глубину бесконечного лабиринта улиц. Всё пространство между двумя высокими стенами было сплошь застроено всевозможными лачугами, где ютились его многочисленные обитатели. Жалкие попрошайки настойчиво дёргали за рукав и на ломаном русском требовали камней. Курильщики опиума под повсеместными навесами лежали на низких кушетках и бессмысленно таращились по сторонам. Продажные девки разной степени потасканности ублажали клиентов чуть ли не в каждой подворотне.