Короче говоря, удержать руку Кори на месте у меня не вышло. Два раза пытался, и оба раза она просто вырывалась из-за того, что я ожидал нащупать её не там, где она находилась на самом деле.

В конечном итоге, я плюнул на все попытки действовать аккуратно, и просто придавил руку коленями — одно на ладонь, второе — на локоть. Где-то отчётливо раздался тихий, с привкусом копчёного мяса, хруст, но я запретил себе об этом думать. Кости, если и повредятся, даже поломаются, Пиявка потом вправит на место и вылечит.

А вот если не вколоть препарат, то лечить уже будет некого и незачем.

— Осторожно! — предупредил я Пиявку, которая на корточках подобралась к нам с полным шприцем. — Когда коснёшься, опять начнётся какая-то херня со временем.

Пиявка серьёзно кивнула, принимая мои слова к сведению, и осторожно, чуть ли не по миллиметру, приблизила шприц к руке Кори, прямо к вздувшейся на предплечье вене — даже никаких жгутов не надо, тело само подсказывало, как ему сделать легче.

Без каких-то усилий Пиявка проколола вену, и начала медленно вводить лекарство. Судя по её удивлённо расширившимся глазам, она тоже испытала странное ощущение расхождения во времени, но закончить процедуру ей это не помешало. Выжав поршень до конца, она медленно и осторожно вытащила шприц, отбросила его в сторону, и заклеила прокол пластырем всё из того же набора «иммунозы». Пластырь, к счастью, сработал штатно — липкие края затвердели, превращаясь в прочный каркас, а середина резко стянулась, проваливаясь внутрь и создавая давление на вену.

— Вот и всё! — прокомментировала Пиявка, устало садясь на задницу — короткая и привычная медицинская процедура при условии постоянного напряжения и самоконтроля явно далась ей нелегко. — Теперь десять минут подождём, и всё будет хорошо.

— Отлично! — я аккуратно, чтобы не повредить ещё больше, освободил руку Кори, подтянул девушку к себе, обнял и приподнял, чтобы она хотя бы не на полу лежала. — Тогда подождём.

Я поймал встревоженный взгляд капитана, который тоже хотел отправиться за «иммунозой» в лазарет, но проиграл в скорости реакции Кайто, да ещё и чуть не упал в процессе, и кивнул ему — всё хорошо, мол. Самое страшное уже позади.

Судороги Кори сразу же стали намного слабее, но полный эффект наступил только через семь минут. Всё это время я сидел на полу, изо всех сил подавляя протесты мозга, который никак не мог определиться, в каком времени ему существовать и как правильно интерпретировать сигналы от органов чувств. Даже мутить слегка начало, но я попросил принести воды, и Кайто с готовностью ринулся с мостика на четырёх точках опоры — по ходу, это теперь его любимый способ передвижения.