Видимо, благодаря этому у него было время для учёбы и саморазвития — девчонки говорили, что мальчик он умный, грамотный, и хоть не пытается показывать, что умнее их, но такое не спрячешь. Но в то же время это должен быть боевитый мальчик — ибо район и дом всё же свидетельствуют о низком достатке и социальном статусе, а таким, чтобы пробиться, нужно быть очень настойчивыми.

Дверь открылась, когда она потеряла терпение и хотела нажать на звонок вновь. Смысла в этом в общем-то не много, домовой искин, если хозяева дома, сообщит о ней и с первого раза, но привычка есть привычка. На пороге стояла женщина средних лет, достаточно красивая, следящая за внешностью. Но не на уровне моложавых кукол, всё свободное время отдающих косметике, процедурам, массажам и подтяжкам, живущим только ради этого, а на уровне человека, который себя уважает и делает это в первую очередь ради того, чтобы близким людям не было за неё стыдно. Лана так же зауважала эту сеньору, ещё не начав с нею говорить.

Взгляд той был спокоен, в глазах плескалась сила — будто перед тобой львица, хищница, защищающая дётенышей и знающая, что способна защитить их от любой угрозы. Он напоминал рентгеновский луч, пронзающий всё на свете, оценивающий в собеседнике мельчайшие детали. Даже те, на которые в обычной жизни не обращаешь внимания. Сеньора смотрела спокойно, с величием истинной львицы, и ни экзотическая форма Ланы, ни винтовка на плече не производили на неё ровным счетом никакого впечатления.

Наконец, сделав для себя определённые выводы, она распахнула дверь шире и улыбнулась.

— Добрый день. Что-то случилось? Что-то с Хуаном?

— Я могу войти? — Лана почувствовала себя неловко. Поймала себя на мысли, что лучше ещё раз поговорить с комиссаром, или с директором галереи, или даже с десятком тысяч комиссаров и директоров вместе взятых, чем разговаривать с нею. Ибо как вести себя с ними она знала. Как общаться с ней — даже не представляла.

— Входи. — Женщина пропустила её. Лана вошла, и сразу, как положено по инструкции, пошла прямо по коридору, оценивая возможные угрозы в квартире. И вдруг её настиг голос:

— У нас разуваются.

Девушка недоуменно обернулась. Да, не ожидала такого! Не с первой минуты. Глаза женщины были прищурены, от них отдавало оценивающей неприязнью. И нужно было срочно, очень срочно убедить её в отсутствии дурных намерений.

Лана отдала себе отчёт, что боится её. Чем-то она напоминала его превосходительство, в общении с ним испытываешь те же чувства. Однако, находить общий язык надо, убеждать в лояльности, в том числе идти на уступки.